Как единство Европы треснуло в погоне за китайскими деньгами

0
2

Для только что завершившегося турне китайского лидера Си Цзиньпина по Европе (21−26 марта 2019) историки наверняка подберут какое-нибудь звучное название. «Рубежный визит», например, будет совершенно точно отражать степень значимости поездки товарища Си по итальянским и французским городам и весям. Запомните этот момент как отправную точку завоевания Китаем Евросоюза. Ни больше ни меньше.

Жан-Клод Юнкер, Си Цзиньпин, Эммануэль Макрон, Ангела Меркель
Все было тихо, пока не пришел Трамп

Нельзя сказать, что Поднебесная раньше не проявляла интереса к странам Старого Света. Еще в 2012 году в Варшаве китайцы совместно с 16 странами Центральной и Восточной Европы, 11 из которых являются членами ЕС, затеяли проект «16 + 1».

Тогда евросоюзные власти нисколько не препятствовали заключению пакта, а наоборот в глубине души готовы были поблагодарить Китай за помощь периферийным субъектам ЕС: у самого-то «Содружества 28» финансов на поддержание экономики государств восточноевропейского балласта не было. Да и само построение экономической политики «есть Германия с Францией с одной стороны и все остальные с другой» не предполагало подтягивания «остальных» до уровня передовых, даже если бы деньги и нашлись.

Все шло ни шатко ни валко, пока не появился Дональд Трамп, решивший вернуть Америке величие. За счет, разумеется, всех остальных стран мира. Таможенный протекционизм, избранный главой Белого дома в качестве основного оружия, сильно повредил отношениям между ЕС и США, в результате чего европейцы стали склоняться к тому, чтобы решать свои вопросы без участия в этом заокеанского союзника, постепенно превращающегося в соперника.

Пекин, тоже оказавшийся в состоянии торгово-таможенной войны с Вашингтоном, пришел к выводу, что пора менять приоритеты, и начал активно вливать капиталы в Европу.

Вот — к Европе поворот

Общий объем инвестиций государственных китайских предприятий и банков с госучастием в страны Европейского сообщества за 2018 год составил $ 60,4 млрд (примерно € 52,760 млрд). Для Китая, оборачивающего на внешнем рынке триллионы, цифра вроде бы мелкая. Но все познается в сравнении, как известно.

А сравнение с 2017 годом показывает рост инвестиций Поднебесной в экономику стран «Содружества 27» на 82%. При этом в экономику США за весь прошлый год КНР вложила всего $ 3 млрд (€ 2,62 млрд), что означает сокращение инвестирования на 66% по отношению к 2017 году и 95% по отношению к максимуму, достигнутому в 2016 году.

«Китай принял решение переключиться на Европу, посчитав, что вложения в нее будут более безопасным и привлекательным делом, чем вкладываться в Штаты, — отметило в январе нынешнего года испанское аналитическое издание El Confidencial. — Европейские показатели выглядят еще солиднее, если учесть, что в целом прямые инвестиции Китая в страны мира сократились в прошлом году более чем на 45%, до $ 108,2 млрд (около € 94,52 млрд). Простая арифметика показывает, что на Европу приходится 56% от общего объема средств, вложенных Пекином в различные экономики мира».

После обнародования статистическим агентством ЕС Eurostat приведенных выше данных, руководство ЕС охватили смешанные чувства. С одной стороны, лишние деньги не бывают лишними, и решение Пекина финансировать европейские проекты выглядело очень позитивно. С другой стороны, в Брюсселе заговорили об опасности «покупки Европы Китаем и необходимости не допустить этого».

Деньги мимо посредников? Непорядок!

Надо сказать, что возможность покупки действительно выглядит вполне реальной, а вот желание не допустить этого существует, по большому счету, только на словах. Фокус в том, что в последние два-три года и особенно после прошлогодней победы в Италии евроскептиков некоторые страны ЕС стали испытывать тягу к изменению существующего положения в альянсе.

Установка на всеобщее подчинение евроценностям, подразумевающим отказ от национальных традиций и культуры, многим странам перестала нравиться (в особенности после начала принудительного распределения по государствам-членам сообщества валом поваливших в ЕС нелегалов с Востока и из Африки).

И они заговорили о необходимости восстановления приоритета национального над интернациональным, как минимум, и превращении ЕС в союз национальных государств — как максимум. В свете таких перспектив многие страны сообщества стали решать свои экономические проблемы, сообразуясь со своими собственными интересами и принципами — без оглядки на руководящие и направляющие команды из Брюсселя и контактируя с Китаем напрямую без посредника в лице евросоюзного руководства.

В Париже и Берлине забили тревогу: деньги азиатского гиганта потекли в Евросоюз, но его основные «пайщики-концессионеры», Германия и Франция, оказальсь лишенными возможности разинуть рот на чужой каравай. Ангела Меркель и Эммануэль Макрон взялись наперебой предупреждать, что азиатские деньги могут расколоть единство Европы, но взамен финансов из Пекина ничего, кроме лозунгов, не предлагали.

Что только усилило желание таких государств, как Италия, Греция, Венгрия и некоторых других реализовать решение имеющихся у них проблем по формуле «спасение утопающих — дело рук самих утопающих». И занялись поисками денег в частном порядке, не обращаясь к традиционным структурам вроде МВФ и Евроцентробанка, а зондируя возможности получения финансирования из Китая и России.

Нынешний визит китайского лидера в Европу показал, что а) — крик о помощи в Пекине услышан, и б) — в Поднебесной быстро сообразили, что верхом на этой самой помощи можно не только триумфально въехать в ЕС, но и превратить его в зону интересов азиатского гиганта.

«Разделяй и властвуй» по-китайски

Руководство КНР давно и прочно усвоило, что лучшим способом достижения экономических и политических побед является формула древнеримского Сената divide et impera — разделяй и властвуй. С учетом этого маршрут первого в 2019 году визита товарища Си в Европу и был составлен.

Италия выбрана была в качестве начального пункта путешествия как самая податливая из крупных европейских стран. С одной стороны, всем известны ее экономические проблемы и нежелание их решать по традиционным лекалам ЕС, то есть за счет сокращения финансирования социальных программ и увеличения налогов.

С другой — Рим за время работы правительства, сформированного «Движением 5 звезд» и «Лигой», успел показать, что главными для него являются интересы апеннинского государства, а если ЕС такая постановка вопроса не устраивает, то он может идти по известному адресу.

Была и еще одна причина — договоренность Китая с Италией о совместных проектах и их финансировании Поднебесной должна была заставить сильно нервничать (и даже разозлиться) Париж, которому и деньги, и совместные проекты тоже были ой как нужны, особенно на фоне бунтующих который месяц «желтых жилетов». Нервозность, перемешанная с ревностью, должна была подтолкнуть Елисейский дворец на широкие шаги в сторону сотрудничества с Китаем.

Так у Си Цзиньпина и получилось. Небольшой (по китайским меркам) объем подписанных договоров (29 проектов на общую сумму € 2,8 млрд с перспективами расширения до € 5−7 млрд в ближайшие три года) заставил Францию «забыть об опасности быть купленной Китаем».

Эммануэль Макрон, правда, пошел на незапланированное действие и пригласил на встречу с пекинским лидером канцлера Германии Ангелу Меркель и главу Еврокомиссии Жана-Клода Юнкера. То ли из желания показать: «Я от вас ничего не таю», то ли подстраховаться перед ними же на будущее («Я при вас все подписывал, куда ж вы смотрели»), то ли желая пригласить к сотрудничеству с КНР и Берлин, и Брюссель.

Кажется, должно сработать: Макрон подписал большое количество совместных с Китаем проектов (строительство ветряной электростанции на территории Китая, закладки 10 морских кораблей для него же, поставки в Поднебесную куриного мяса и т. д.) на общую сумму € 40 млрд. Изюминкой пакета соглашений явилась, конечно же, сделка на € 34 млрд по приобретению Пекином 300 широкофюзеляжных пассажирских самолетов, которые будут построены концерном «Эрбас».

Некоторые западные эксперты считают, что Китаю в настоящий момент и не нужно столь большое количество А320 и А350. Но Си пошел играть такими козырями, чтобы, во-первых, нанести удар по США, отказавшись от покупок «Боингов» (две недавних катастрофы этих машин только подлили масла в огонь), а во-вторых, поддержав «Эрбас», набрать политические очки для будущей более активной экономической интервенции в Европу. Ущерб «Боингу» не заметить будет трудно — Китай покупал до 20% всей продукции, производимой американским концерном.

Франция, председательствующая в G7 и твердая союзница США, должна была, по мысли американских и европейских экспертов, стать для Си Цзиньпина «сухариком, о который он мог обломать зубы» в ходе его поездки по странам Средиземноморья, но надежды заокеанских специалистов не сбылись.

Меркель, оказавшаяся в итоге на саммите в роли свадебного генерала, высказалась в духе «отношения с Китаем станут для ЕС приоритетными, но ни одно из государств, входящих в Евросоюз, не может пересмотреть правила единства, по которым играют в ЕС». В этой фразе прозвучала слабая надежда на то, что Парижу, Берлину и Брюсселю удастся все же удержать в узде 25 евросоюзных государств, регулируя контракты, которые те будут заключать с Китаем, и перераспределить на Германию и Францию львиную долю предполагаемых инвестиций и связанных с ними проектов.

Реализация программы развития Евросоюза «на двух скоростях» требует, чтобы «государства первой скорости» — два названных — кормились лучше и больше, чем все остальные. Значит, конфронтация между государствами-господами и государствами-обслугой в ЕС не только не прекратится, но и наоборот, усилится.

А пока фрау Меркель и мсье Макрон делят, как лиса Алиса и кот Базилио, возможные пять сольдо от Буратино из Пекина, Европа отдает себя под контроль Китаю, сдавая в аренду и продавая ему в собственность крупнейшие бренды и ключевые точки транспортной инфраструктуры. Китайские госкомпании уже контролируют полностью или частично, имея солидные пакеты акций, греческий порт Пирей, испанские порты Валенсии и Бильбао, итальянские порты Генуи и Триеста.

Знаменитая шведская марка Volvo с потрохами куплена китайской Geely, китайский бизнес выкупил у французской газовой компании Engie подразделение геологоразведки, в собственности китайцев находится аэропорт Франкфурт-Хан в Германии… Список можно продолжать почти до бесконечности. И чем длиннее он будет, тем больше уверенности появится у читающих его, что опасения о покупке Китаем Европы скорее оправдаются, чем нет.

Владимир Добрынин, Мадрид

Источник

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here