Англичанка гадит. Ретроспектива

0
46

Если вни­ма­тель­но рас­сле­до­вать по­ли­ти­че­ские убий­ства, пе­ре­во­ро­ты, ре­во­лю­ции и войны за по­след­ние 200-300 лет, то на каждом из них можно найти хотя бы один от­пе­ча­ток паль­цев бри­тан­ских под­дан­ных.

В ис­то­рии России эти джентль­ме­ны оста­ви­ли не только от­пе­чат­ки паль­цев, но и от­пе­чат­ки других частей тела, вклю­чая от­пе­чат­ки сапог прямо на обе­ден­ном столе. Пре­крас­ный ма­те­ри­ал про них со­бра­ли мо­ло­дые рос­сий­ские ис­то­ри­ки, в част­но­сти Сергей По­ро­хов — Сергей Мед­ве­дев:

Свое ис­тин­ное лицо и на­ме­ре­ния они по­ка­за­ли, когда на Руси на­ча­лась Смута и по­сле­до­вав­шее вскоре на­ше­ствие чу­же­зем­цев. Од­но­вре­мен­но с ин­тер­вен­ци­ей Джон Меррик и Уильям Рассел вели пе­ре­го­во­ры с неко­то­ры­ми из рус­ских бояр, чтобы те спо­соб­ство­ва­ли уста­нов­ле­нию ан­глий­ско­го про­тек­то­ра­та над Рос­си­ей. Ан­глий­ские раз­вед­чи­ки и ди­пло­ма­ты об­суж­да­ли при этом планы за­ня­тия Ар­хан­гель­ска, за­хва­та и от­чуж­де­ния под ан­глий­скую корону рус­ско­го Севера. Вакуум власти на Руси, ска­за­ли бы в XX веке, вот-вот должен был за­пол­нить­ся…

Все эти со­бы­тия и об­сто­я­тель­ства стали при­чи­ной «ве­ли­чай­ше­го и счаст­ли­вей­ше­го пред­ло­же­ния» Мос­ко­вит­ской ком­па­нии к королю Якову I. В 1612 году на его рас­смот­ре­ние был пред­став­лен до­ку­мент, со­дер­жав­ший по­дроб­ную ха­рак­те­ри­сти­ку тех выгод, ко­то­рые пред­став­ля­ет рус­ский рынок для Англии

«Когда мы пред­ста­вим себе, на­сколь­ко более зна­чи­тель­ные ко­ли­че­ства сукна, олова и свинца могли бы найти сбыт вниз по те­че­нию Волги и других рек… и какой доход мог бы быть по­лу­чен от всех тех бо­га­тых во­сточ­ных то­ва­ров, ко­то­рые мы по­лу­ча­ем сейчас лишь через Турцию… Даже если бы не су­ще­ство­ва­ло иных важных до­во­дов, кроме со­об­ра­же­ний пользы, то и для его ве­ли­че­ства, и для нашей страны име­лось бы до­ста­точ­но ос­но­ва­ний, чтобы взять в свои руки защиту этого народа и про­тек­то­рат над ним… ».

Яков I предо­ста­вил Джону Мер­ри­ку необ­хо­ди­мые пол­но­мо­чия на ве­де­ние в Москве пе­ре­го­во­ров и в вы­дан­ной ему ве­ри­тель­ной гра­мо­те писал: «Пред­став­ле­ния и пред­ло­же­ния, кло­ня­щи­е­ся ко благу и без­опас­но­сти этой страны при нашем по­сред­ни­че­стве и вме­ша­тель­стве… ныне пе­ре­да­ны нам. Мы немало тро­ну­ты, чув­ствуя нежное со­стра­да­ние к бед­стви­ям столь цве­ту­щей им­пе­рии, к ко­то­рой мы и наши ав­гу­стей­шие пред­ше­ствен­ни­ки всегда ис­пы­ты­ва­ли особое рас­по­ло­же­ние».

По­ли­ти­ка, на­прав­лен­ная на от­тор­же­ние ис­кон­но рус­ских земель в пользу ан­глий­ской короны и имев­шая полное одоб­ре­ние короля Якова I, по­тер­пе­ла неуда­чу вслед­ствие раз­гро­ма армий ино­стран­ных за­хват­чи­ков вой­ска­ми Минина и По­жар­ско­го

Про­ти­во­сто­я­ние между Ан­гли­ей и Рос­си­ей со всей се­рьез­но­стью про­яви­лось при Петре I. Первые успехи рус­ско­го ре­гу­ляр­но­го флота и осо­бен­но победа при Ган­гу­те ясно по­ка­за­ла Англии, что у нее по­явил­ся се­рьез­ный про­тив­ник. «Вла­ды­чи­ца морей» не желала утра­чи­вать свои гла­вен­ству­ю­щие по­зи­ции в ак­ва­то­рии ми­ро­во­го океана и де­лить­ся пре­иму­ще­ства­ми своего по­ло­же­ния с чьим-либо флотом не желала. Потому в период Се­вер­ной войны 1700—1721 годов Англия, не участ­вуя в боевых дей­стви­ях, фак­ти­че­ски по­мо­га­ла про­тив­ни­ку России Швеции

К со­жа­ле­нию, вла­сти­те­ли России не всегда верно оце­ни­ва­ли опас­ность, ис­хо­дя­щую от ан­гли­чан. А потому наивно искали в этой стране под­держ­ку и помощь. Эти ожи­да­ния всегда за­вер­ша­лись одним — уси­ле­ни­ем за­ви­си­мо­сти от Англии и ослаб­ле­ни­ем России, а за­вер­ши­лось, в конце концов, раз­ру­ше­ни­ем Рос­сий­ской им­пе­рии.

1 июля 1747 года Ели­за­ве­той Пет­ров­ной под­пи­сан англо-рус­ский до­го­вор о суб­си­ди­ях. Со­глас­но ему Россия еже­год­но по­лу­ча­ла 100 тысяч фунтов стер­лин­гов на во­ору­же­ние своей армии. Страна впер­вые сунула голову в дол­го­вую петлю Запада.

Ека­те­ри­на II с ко­вар­ством Англии уди­ви­тель­ным об­ра­зом столк­ну­лась уже в момент вос­ше­ствия своего на пре­стол. Под­во­ди­лись итоги Се­ми­лет­ней войны. Вдруг вы­яс­ни­лось, что Англия, с ко­то­рой все эти годы под­дер­жи­ва­лись снос­ные ди­пло­ма­ти­че­ские от­но­ше­ния, на­хо­дит­ся с Рос­си­ей… в со­сто­я­нии войны. Для России было неожи­дан­но­стью, что все это время из Лон­до­на суб­си­ди­ро­ва­ли во­ен­ные дей­ствия Прус­сии. Когда через три года(!) после окон­ча­ния во­ен­ных дей­ствий и под­пи­са­ния мира об этом узнали, начали вести пе­ре­го­во­ры с Ан­гли­ей о фор­маль­ном за­клю­че­нии мира. При­ш­лось за­клю­чать мирный до­го­вор, до этого офи­ци­аль­но не воюя, не объ­яв­ляя и не по­лу­чая уве­дом­ле­ния о начале войны.

Павел Первый взошёл на пре­стол ярко вы­ра­жен­ным ан­гло­фи­лом. Однако в сен­тяб­ре 1800 года Англия со­вер­ша­ет оскор­би­тель­ный для со­юз­ной России захват Мальты. Рус­ский им­пе­ра­тор в это время яв­лял­ся Ве­ли­ким ма­ги­стром Маль­тий­ско­го ордена, об­ла­дал всеми за­кон­ны­ми пра­ва­ми на вла­де­ние ост­ро­вом. Но Англия после неудач рус­ской армии в Европе пе­ре­ста­ла счи­тать­ся с Рос­си­ей как с ве­ли­кой дер­жа­вой!

Павел Первый решил в долгу не оста­вать­ся.

В письме к ата­ма­ну Дон­ско­го ка­за­чье­го войска ге­не­ра­лу от ка­ва­ле­рию В. П. Орлову 12 января 1801 года он писал: «Ан­гли­чане при­го­тов­ля­ют­ся сде­лать на­па­де­ние флотом и вой­ском на меня и на со­юз­ни­ков моих шведов и датчан; я и готов их при­нять, но нужно их самих ата­ко­вать и там, где удар им может быть чув­стви­тель­нее и где меньше ожи­да­ют. За­ве­де­ние их в Индии самое лучшее для сего. От нас ходу до Индии от Орен­бур­га месяца три, да от вас туда месяц, а всего месяца четыре. По­ру­чаю всю сию экс­пе­ди­цию Вам и войску Вашему Ва­си­лий Пет­ро­вич. Со­бе­ри­тесь Вы со оным и всту­пи­те в поход к Орен­бур­гу, от куда любою из трех дорог или и всеми пой­де­те с ар­тил­ле­рию прямо через Бу­ха­рию и Хиву на реку Инд и на за­во­е­ва­ния Ан­глин­ские по ней ле­жа­щия. Та­ко­вое пред­при­я­тие увен­ча­ет вас всех славою, за­слу­жит по мере заслуг мое осо­бен­ное бла­го­во­ле­ние, при­об­ре­тет бо­гат­ство и тор­гов­лю и по­ра­зит непри­я­те­ля в его сердце.»

О при­чи­нах гибели Павла I потом го­во­ри­ли разное. Но в Лон­доне то пре­крас­но знали, что лихие гвар­дей­цы, якобы недо­воль­ные стро­гим им­пе­ра­то­ром и вве­ден­ны­ми им по­ряд­ка­ми, были лишь ору­ди­ем за­го­во­ра, за­мыш­лен­но­го на бе­ре­гах Темзы. Лю­бов­ни­цей ан­глий­ско­го ре­зи­ден­та в Пе­тер­бур­ге Чарль­за Уи­твор­та была Ольга Алек­сан­дров­на Же­реб­цо­ва. Она же была сест­рой Зу­бо­вых — убийц им­пе­ра­то­ра. Она по­лу­чи­ла от Чарль­за целый мил­ли­он — ан­глий­ские масоны и пра­ви­тель­ствен­ный ка­би­нет не ску­пи­лись в по­доб­ных слу­ча­ях, а также от них шли советы, как сде­лать, чтобы не было ни союза с Фран­ци­ей, ни похода на Индию, ни самого Павла I, по­смев­ше­го угро­жать глав­ной кор­муш­ке Бри­та­нии.

Алек­сандр Первый, не только знав­ший судьбу своего папани, но и при­няв­ший самое непо­сред­ствен­ное в ней уча­стие, Англию ста­рал­ся не огор­чать, однако…

В то время, когда на Бо­ро­ди­но гремят пушки, “со­юз­ни­ки”-ан­гли­чане во­ору­жи­ли, об­мун­ди­ро­ва­ли и воз­гла­ви­ли поход армии Аббас-мирзы на рус­ский юг. Знали, за­сран­цы, что глав­ные силы им­пе­рии сковал На­по­ле­он и решили под шумок от­тя­пать Кавказ. По­лу­чи­лось бы, если бы не Пётр Сте­па­но­вич Кот­ля­рев­ский, с двух­ты­сяч­ным от­ря­дом раз­гро­мив­шим трид­ца­ти­ты­сяч­ную пер­сид­скую армию.

Ан­гли­чане не про­сти­ли от­важ­но­го ге­не­ра­ла и ото­мсти­ли ему после смерти — при­шед­шие к власти боль­ше­ви­ки сров­ня­ли с землёй могилу от­важ­но­го ге­не­ра­ла, от­бла­го­да­рив наших за­пад­ным парт­не­ров за го­сте­при­им­ство и за помощь в деле свер­же­ния цар­ской власти. А ан­гли­чан­ка гадила уже непре­рыв­но.

На след­ствии по делу де­каб­ри­стов вы­яс­ни­лось, что Бри­та­ния была не только об­раз­цом бу­ду­ще­го устрой­ства России, но и ак­тив­ным участ­ни­ком за­го­во­ра. Пол­ков­ник Вят­ско­го полка Пе­стель на до­про­сах по­ка­зал: «В 1825 году я сам был в сно­ше­нии с князем Яб­ло­нов­ским и Го­ро­дец­ким, коих видал в Киеве. Оные мне го­во­ри­ли, что об­ще­ство их в сно­ше­нии с об­ще­ства­ми Прус­ским, Вен­гер­ским, Ита­льян­ским и даже в сно­ше­нии с Ан­глий­ским пра­ви­тель­ством, от коего по­лу­ча­ли деньги». Ге­не­рал-адъ­ютант Чер­ны­шев А. И., про­во­див­ший допрос, уточ­нил, что Пе­стель пре­крас­но знал об уча­стии ино­стран­но­го го­су­дар­ства в пре­ступ­ном за­го­во­ре против России: «вы при­во­ди­те весьма кратко слы­шан­ное от князя Яб­ло­нов­ско­го и Гро­дец­ко­го, что поль­ское об­ще­ство на­хо­дит­ся в сно­ше­ни­ях с Ан­глий­ским пра­ви­тель­ством, от коего по­лу­ча­ет деньги; но умал­чи­ва­ет­ся о по­дроб­но­стях сих сно­ше­ний — и о лицах, чрез ко­то­рых оные про­ис­хо­дят, тогда как сами же рас­ска­зы­ва­ли г. Юш­нев­ско­му то же, но го­раз­до яснее, и именно, что в деле тай­но­го об­ще­ства при­ни­ма­ет ис­крен­нее уча­стие Ан­глий­ский Ка­би­нет и обе­ща­ет в нужном случае ока­зать со­дей­ствие». Пе­стель под­твер­дил, что ему из­вест­но: «ан­глий­ское пра­ви­тель­ство на­хо­дит­ся с поль­ским тайным об­ще­ством в сно­ше­нии, снаб­жа­ет их день­га­ми и обе­ща­ет снаб­дить также и ору­жи­ем»

Убий­ство Гри­бо­едо­ва в Те­ге­ране — от начала до конца опе­ра­ция ан­глий­ских спец­служб. И далеко не един­ствен­ная. И не только Гри­бо­едо­ва

В сен­тяб­ре 1836 года по осо­бо­му ука­за­нию Ни­ко­лая I по­ру­чик Ян Вит­ке­вич, по­лу­чил за­да­ние со­про­вож­дать аф­ган­ско­го посла, воз­вра­ща­ю­ще­го­ся в Кабул. По­соль­ство аф­ган­ско­го эмира к рус­ско­му царю было на­прав­ле­но с прось­бой помочь «против угро­жа­ю­щей ка­буль­ско­му вла­дель­цу опас­но­сти от ан­гли­чан… против Рен­джит-Синга, вла­де­те­ля Пен­джа­ба». По­ру­чи­ку были даны пол­но­мо­чия для уста­нов­ле­ния по­ли­ти­че­ских кон­так­тов между аф­ган­ским эмиром и Рос­си­ей.

Ян Вит­ке­вич успеш­но вы­пол­нил все по­ру­че­ния, даже за­клю­чил до­го­вор с эмиром Дост-Му­хам­ме­дом. От­кры­ва­лись ши­ро­кие воз­мож­но­сти для русско-аф­ган­ских от­но­ше­ний. Однако пе­ре­го­во­ры рус­ско­го по­слан­ни­ка вы­зва­ли него­до­ва­ние в Лон­доне. Там миссия Вит­ке­ви­ча была оце­не­на как «угро­жа­ю­щая ин­те­ре­сам Англии». Рус­ский посол со­об­щал из Лон­до­на, что сто­ли­ца Бри­та­нии при­хо­дит в воз­буж­де­ние при одном упо­ми­на­нии имени Вит­ке­ви­ча. При­ве­ден в дей­ствие был тайный ме­ха­низм сек­рет­ных служб. И в ночь на­ка­нуне пред­став­ле­ния царю, где Вит­ке­ви­ча ждала на­гра­да и по­вы­ше­ние в чине, по­сле­до­ва­ла его за­га­доч­ная смерть. Ис­чез­ли все при­ве­зен­ные им ма­те­ри­а­лы, вклю­чая и до­го­вор, за­клю­чен­ный с ханом Дост-Мо­хам­ме­дом. Кто стоял за по­доб­ным итогом ди­пло­ма­ти­че­ской миссии в Аф­га­ни­стан, так и оста­лось неиз­вест­ным. Но в чьих ин­те­ре­сах осу­ществ­ле­но было устра­не­ние Вит­ке­ви­ча и лик­ви­ди­ро­ва­ны ре­зуль­та­ты его де­я­тель­но­сти было по­нят­но всем.

В 1834 году к адыгам при­ез­жал сек­ре­тарь ан­глий­ско­го по­соль­ства в Кон­стан­ти­но­по­ле Уркарт, обе­щав­ший им боевые при­па­сы. А в ноябре 1836 года у бе­ре­гов Кав­ка­за на Черном море была за­дер­жа­на и кон­фис­ко­ва­на ан­глий­ская шхуна «Вик­то­рия», до­став­ляв­шая оружие по­встан­цам из ады­гей­ских племен, участ­ву­ю­щих в вос­ста­нии Шамиля. Раз­ра­зил­ся ди­пло­ма­ти­че­ский скан­дал. В 1837-39 годах у адыгов жили Лон­гу­орт и Белль. Де­я­тель­ность этих эмис­са­ров была на­прав­ле­на на под­го­тов­ку под­чи­не­ния адыгов Англии. Кон­так­ты ан­гли­чан с мя­теж­ны­ми гор­ца­ми не пре­кра­ща­лись и впо­след­ствии. До­под­лин­но из­вест­но, что Ричар­ду Бер­то­ну, ан­глий­ско­му ис­сле­до­ва­те­лю-аван­тю­ри­сту и зна­то­ку Во­сто­ка, бри­тан­ский посол в Кон­стан­ти­но­по­ле пред­ло­жил тайно от­пра­вить­ся в Да­ге­стан для встре­чи с Ша­ми­лем, сра­жав­шим­ся против рус­ских.

Воз­гла­вив­ший в 1855 году ан­глий­ский ка­би­нет ми­ни­стров Г. Паль­мер­стон ставил перед собой задачу пол­но­стью лик­ви­ди­ро­вать рус­ское вли­я­ние на Ближ­нем Во­сто­ке, не до­пу­стить рас­ши­ре­ния вли­я­ния рус­ских в Сред­ней Азии, а после па­де­ния Се­ва­сто­по­ля он на­ста­и­вал на про­дол­же­нии во­ен­ных дей­ствий с целью от­тор­же­ния от Рос­сий­ской им­пе­рии зна­чи­тель­ных при­бреж­ных тер­ри­то­рий. Обод­рен­ный смер­тью им­пе­ра­то­ра Ни­ко­лая I, он в пись­мах к ко­ро­ле­ве Вик­то­рии пред­ла­гал план даль­ней­шей кам­па­нии: «Захват Се­ва­сто­по­ля, полное уни­что­же­ние всего рус­ско­го флота на Черном море, из­гна­ние рус­ских из Грузии и из всех их опор­ньи пунк­тов на по­бе­ре­жье Чер­ке­сии».

Все гады будут в гости к нам…

Так уж по­ве­лось, что все недо­воль­ные по­ло­же­ни­ем дел в России эми­гран­ты всегда на­хо­ди­ли при­бе­жи­ще в Англии, да и помощь им там тоже на­хо­ди­лась. В Лон­доне про­хо­ди­ли со­бра­ния “На­род­ной воли”, на ко­то­рых пла­ни­ро­вал­ся террор против го­счи­нов­ни­ков им­пе­рии. Тут же про­хо­ди­ли первые съезды партии боль­ше­ви­ков. Сюда же, как мо­тыль­ки, сле­та­лись дис­си­ден­ты из СССР и ли­бе­ра­лы из пост-СССР.

Именно оттуда с особой мощью «за­ко­ло­ко­лил» как раз в это время — в 1857 году — Герцен. Он вос­хи­щал­ся «сво­бод­ной и гордой Ан­гли­ей, этим ал­ма­зом, оправ­лен­ным в се­реб­ро морей» и на­па­дал на Россию, ко­то­рая «на­лег­ла, как вампир, на судьбы Европы». Него­дуя против по­зор­но­го кре­пост­но­го по­ло­же­ния кре­стьян в России, он умуд­рял­ся не за­ме­чать раб­ско­го по­ло­же­ния целых кон­ти­нен­тов, обес­пе­чи­ва­ю­щих про­цве­та­ние милой душе его Англии. Кстати, пе­ча­тать­ся новое детище Гер­це­на — «Ко­ло­кол», стал в Воль­ной рус­ской ти­по­гра­фии, ко­то­рая по сте­че­нию об­сто­я­тельств была ос­но­ва­на в Лон­доне в 1853 году.

Когда война была в самом раз­га­ре, а дела у России в ней шли неваж­но, Герцен в письме ита­льян­ско­му ре­во­лю­ци­о­не­ру А. Саффи 19 июня 1854 года так оце­ни­ва­ет свое от­но­ше­ние к про­ис­хо­дя­ще­му: «Для меня, как для рус­ско­го, дела идут хорошо, и я уже (пре­дви­жу) па­де­ние этого зверя Ни­ко­лая. Если бы взять Крым, ему пришел бы конец, а я со своей ти­по­гра­фи­ей пе­ре­ехал бы в ан­глий­ский город Одессу… Пре­вос­ход­но».

И про­дол­жая под­стре­ка­тель­скую де­я­тель­ность, Герцен во время Се­ва­сто­поль­ской войны пе­ча­та­ет под­лож­ные письма от имени Пу­га­че­ва и св. Кон­дра­тия, ко­то­рые рас­про­стра­ня­ют­ся среди сто­я­щих в Польше рус­ских войск. В этих про­кла­ма­ци­ях он при­зы­ва­ет вос­поль­зо­вать­ся тем, что идет война и вос­стать против цар­ской власти. Впро­чем, и все прочие его пи­са­ния про­ни­зы­ва­ет одна идея — раз­ру­ше­ние дер­жа­вы. На нрав­ствен­ное здо­ро­вье рос­си­ян они дей­ство­ва­ли не лучшим об­ра­зом. Статьи Гер­це­на спо­соб­ство­ва­ли со­зда­нию нега­тив­но­го от­но­ше­ния к рус­ской армии, во­ю­ю­щей с ин­тер­вен­та­ми

Многие из чис­ля­щих себя пе­ре­до­вой мыс­ля­щей частью об­ще­ства об­ра­до­ва­лись, услы­шав о вы­сад­ке ино­стран­ных войск в Крыму. Вот одно из вос­по­ми­на­ний: «Ка­за­лось, что из то­ми­тель­ной мрач­ной тем­ни­цы мы как будто вы­хо­дим, если не на свет Божий, то, по край­ней мере, в пред­две­рие к нему, где уже чув­ству­ет­ся осве­жа­ю­щий воздух. Вы­сад­ка со­юз­ни­ков в Крыму в 1854 году, по­сле­до­вав­шие затем сра­же­ния при Альме и Ин­кер­мане и об­ло­же­ние Се­ва­сто­по­ля нас не слиш­ком огор­чи­ли; ибо мы были убеж­де­ны, что даже по­ра­же­ние России снос­нее и по­лез­нее того по­ло­же­ния, в ко­то­ром она на­хо­ди­лась в по­след­нее время» (И. А. Ко­ше­лев).

Ре­во­лю­ци­он­ный де­мо­крат Н. В. Шел­гу­нов при­зна­вал­ся: «Когда в Пе­тер­бур­ге сде­ла­лось из­вест­ным, что нас раз­би­ли под Черной, я встре­тил Пе­кар­ско­го, тогда он еще не был ака­де­ми­ком. Пе­кар­ский шел, опу­стив голову, вы­гля­ды­вая ис­под­ло­бья и с по­дав­лен­ным и худо скры­тым до­воль­ством; вообще он имел вид за­го­вор­щи­ка, уве­рен­но­го в успехе, но в глазах его све­ти­лась худо скры­тая ра­дость. За­ме­тив меня Пе­кар­ский за­ша­гал круп­нее, пожал мне руку и шепнул та­ин­ствен­но в самое ухо: «Нас раз­би­ли».

Пе­тер­бург­ская пуб­ли­ка вы­ез­жа­ла на пик­ни­ки к Фин­ско­му заливу, чтобы по­гла­зеть на ан­глий­скую эс­кад­ру и про­во­ди­мые ей бом­бар­ди­ров­ки Крон­штад­та. Помимо лю­бо­пыт­ства многие из них не ис­пы­ты­ва­ли ни­ка­ко­го осо­бо­го него­до­ва­ния по поводу убий­ства на их глазах их же соб­ствен­ных со­граж­дан-за­щит­ни­ков Оте­че­ства.

Уж не отсюда ли истоки став­ше­го модным впо­след­ствии по­же­ла­ния по­ра­же­ния соб­ствен­но­го пра­ви­тель­ства в войне? Лозунг, ко­то­рый впо­след­ствии до­ста­точ­но успеш­но экс­плу­а­ти­ро­вал­ся мно­ги­ми по­ко­ле­ни­я­ми ре­во­лю­ци­о­не­ров и со­чув­ству­ю­щих им. А впро­чем, что пред­по­ла­гать и гадать о чув­ствах наших пред­ков, со­би­ра­ю­щих­ся на берегу Фин­ско­го залива пол­то­ра сто­ле­тия назад. До­ста­точ­но вспом­нить неко­то­рые теле и прочие ре­пор­та­жи из Чечни 1994 и по­сле­ду­ю­щих лет. Тогда пуб­ли­ке де­мон­стри­ро­ва­ли дей­ствия бо­е­ви­ков Ба­са­е­ва и прочих по­ле­вых ко­ман­ди­ров, ком­мен­ти­руя убий­ства рос­сий­ских солдат тер­ро­ри­ста­ми, как об­ра­зец осво­бо­ди­тель­ной борьбы. И рос­си­яне с кро­во­жад­но­стью римлян гля­де­ли на своих солдат, как на рас­тер­зан­ных вол­ка­ми на арене цирка гла­ди­а­то­ров.

Герцен — пред­ше­ствен­ник ны­неш­не­го пле­ме­ни пуб­лич­ных под­стре­ка­те­лей смуты и мя­те­жей — всю мощь своего да­ро­ва­ния отдал рас­ша­ты­ва­нию пре­сто­ла и рос­сий­ской го­су­дар­ствен­но­сти. Но не только да­ро­ва­ние опре­де­ля­ет успех из­да­ния. Нужны фи­нан­сы. Тре­бу­ет­ся и га­стро­но­мия — острая и жа­ре­ная ин­фор­ма­ция. Все это для кухни Алек­сандра Ива­но­ви­ча на­хо­дит­ся. И потому раз­мыш­ле­ния самого «зво­на­ря» ре­во­лю­ции на стра­ни­цах его из­да­ния, пе­ри­о­ди­че­ски до­пол­ня­лись сек­рет­ны­ми све­де­ни­я­ми из го­су­дар­ствен­ных от­че­тов России — умуд­рял­ся-таки он ре­гу­ляр­но по­лу­чать их в свое рас­по­ря­же­ние. Не с по­мо­щью ли тайных служб Англии?

. Во второй по­ло­вине XIX века из Англии резко возрос поток ан­ти­пра­ви­тель­ствен­ных из­да­ний. Про­па­ган­дист­ское на­ступ­ле­ние на Россию ста­но­ви­лось все ак­тив­нее и мас­си­ро­ван­нее.

Осенью 1862 года в Лон­доне (опять там!) между пред­ста­ви­те­ля­ми об­ще­ства «Земля и воля» (рус­ской тер­ро­ри­сти­че­ской ор­га­ни­за­ции, члены ко­то­рой через несколь­ко лет начнут бес­пре­це­дент­ную охоту на Алек­сандра II.

В 1877-1878 годах Англия не ре­ши­лась при­нять от­кры­тое ак­тив­ное уча­стие в войне против России. И все же рус­ская армия на Бал­ка­нах вела же­сто­чай­шую кам­па­нию и против бри­тан­ской им­пе­рии. Ту­рец­кая армия была во­ору­же­на ан­глий­ски­ми вин­тов­ка­ми но­вей­шей си­сте­мы. Ге­не­ра­лы сул­та­на сле­до­ва­ли ука­за­ни­ям ан­глий­ских во­е­на­чаль­ни­ков, а флот ан­глий­ской ко­ро­ле­вы угро­жа­ю­ще по­явил­ся в водах Ближ­не­го Во­сто­ка, когда взятие Кон­стан­ти­но­по­ля рус­ской армией яв­лял­ся во­про­сом несколь­ких недель.

Ре­ши­тель­ное про­дви­же­ние России к ан­глий­ским вла­де­ни­ям в Азии было оста­нов­ле­но 1 марта 1881 года. Убий­ством Алек­сандра II. Царя-осво­бо­ди­те­ля, самого по­сле­до­ва­тель­но­го ре­фор­ма­то­ра из всех рус­ских са­мо­держ­цев.

Ни за одним из царей, ка­жет­ся, не охо­ти­лись с такой яро­стью. Бе­ре­зов­ский, Ка­ра­ко­зов, Со­ло­вьев, Хал­ту­рин, Пе­ров­ская… Только рас­кры­тых и став­ших из­вест­ны­ми по­ку­ше­ний, на­чи­ная с 1866 года, на­счи­та­ли восемь! Не было ни одного тра­ди­ци­он­но­го для России двор­цо­во­го пе­ре­во­ро­та или намека на по­доб­ную под­го­тов­ку. Его уби­ва­ли под­стре­ка­е­мые из-за рубежа ре­во­лю­ци­о­не­ры-тер­ро­ри­сты.

Ни один царь и вообще ни одна власть в России не нра­ви­лась Англии. Никки! Плю­ше­вый Никки, ко­то­ро­му ба­буш­ка Вика бук­валь­но за­су­ну­ла в по­стель своё солнце-Аликс… И он тоже ока­зал­ся “не торт”.

В пику Никки Ве­ли­ко­бри­та­ния вскор­ми­ла Японию, во­ору­жив ее флот и армию но­вей­шим ору­жи­ем, предо­ста­вив ей де­неж­ные сред­ства и на­тра­вив ее на Россию. Во время русско-япон­ской войны Англия не поз­во­ли­ла Фран­ции ис­пол­нить свои со­юз­ни­че­ские обя­за­тель­ства по от­но­ше­нию к России, при­гро­зив ей войной, за­бло­ки­ро­ва­ла Су­эц­кий канал для рус­ско­го флота, погнав его вокруг Африки, и за­кры­ла почти все ми­ро­вые банки для рус­ских займов.

Когда го­во­рят, что япон­ская раз­вед­ка фи­нан­си­ро­ва­ла и ор­га­ни­зо­вы­ва­ла рус­скую ре­во­лю­цию, по­сы­ла­ла оружие эсе­ров­ским бо­е­ви­кам, то до­пус­ка­ют су­ще­ствен­ную неточ­ность: у япон­цев таких сил и средств не было. У ан­глий­ской же раз­вед­ки «Ин­тел­ли­джент сервис» – были. И они были за­дей­ство­ва­ны “на всю ка­туш­ку”.

А как за­мыс­ло­ва­то и изоб­ре­та­тель­но Бри­та­ния гадила перед, во время и после Первой ми­ро­вой войны… Но об этом в сле­ду­ю­щий раз…

По ма­те­ри­а­лам книги «Пе­ре­пи­сать сце­на­рий!» Источник

Источник

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here