Михаил Хазин. Бытие определяет сознание | Умение договариваться

0
1

Бытие определяет сознание

Этот текст родился у меня в процессе симпозиума «Перспективы России и динамика регионов в контексте новой индустриальной революции», который происходит на Алтае, в Белокурихе. Многие вопросы, которые всплывали на этом симпозиуме, вызвали у меня сложные ассоциации с происходящими в мире процессами, что и привело к его созданию.

Начну я с отношений Си и Трампа. Как нас учит Андрей Девятов, США и Китай уже несколько десятилетий находятся в отношениях тайного сговора, который привёл к созданию взаимовыгодной модели, ассоциированной с бреттон-вудской финансовой моделью. Суть её состоит в том, что ФРС печатает доллары, на которые создаются промышленные мощности в Китае, который, в свою очередь, создаёт на них дешёвые товары, которые затем продаются в США.

В результате выгоду получают все (Китай получает часть прибыли, а граждане США — дешёвые товары, что позволило им существенно повысить уровень жизни при, в общем, не выросших доходах) и совершенно непонятно, зачем этот сговор прерывать. О чём, собственно, Девятов и говорит. Но есть определённые проблемы, как минимум две.

-Первая состоит в том, что эмиссия долларов больше не обеспечивает рост экономики, а вот негатив от неё (инфляция и финансовые пузыри) никуда не делись. И это очень повышает общую напряжённость на рынках.
-А вторая связана с тем, что главными бенефициарами этой б.-в. схемы — транснациональные банки, которые сегодня проигрывают политическую борьбу в США. Трамп не может себе позволить поддерживать эту схему, поскольку у него с её реальными владельцами война «не на жизнь, а на смерть» и остановиться в её разрушении он не может. Хотя на среднесрочном масштабе это и приведёт его к проблемам, связанным с падением уровня жизни населения.
С точки зрения Си, наверно, можно было бы и подождать. Но либералы-финансисты такие же противники Си, как и Трампа (масштаб их противостояния известен нам не так точно, но это специфика Китая), а, самое главное, он понимает, что модель всё равно сохранить не получится. И по этой причине готов поддержать Трампа на политическом уровне, даже ценой ускорения разрушения модели, на которой сегодня стоит экономика Китая.
Фокус тут в том, что весь экономический истеблишмент Китая и США так или иначе «сидит» на этой схеме. И её разрушение серьезно бьёт по практически всем экономическим субъектам этих стран (про другие пока говорить не будем). И поэтому Си и Трампу крайне сложно договориться: на них оказывается колоссальное давление, на каждого со своей стороны. При этом новой системной модели, аналогичной б.-в., пока придумать не удалось, а значит, сговор должен быть набором чисто тактических моментов, что чрезвычайно усложняет любые переговоры.

И что делать в такой ситуации? Она практически безнадёжная, с точки зрения достижения быстрой договоренности, более того, в идеале она требует арбитра. Достаточно адекватного и не отдающего явного предпочтения одной из сторон. И вот вопрос, кто может быть таким арбитром для Си и Трампа? Представитель Индии? Это недопустимо для Си. Представитель Западной Европы? Недопустимо для Трампа (оккупированная США территория). И кто остаётся?

Нет, конечно, мне могут сказать, что я в своём восхвалении Путина пересёк очередную «красную» черту, но уж простите, я не зря столько места потратил на описание логики событий. Ну, попробуйте придумать такое решение проблемы, которое не выводит на Путина. Нет, они, конечно, могут попытаться обойтись вообще без арбитра, но то, что его наличие может существенно облегчить процесс нахождения консенсуса, представляется мне очевидным.

Впрочем, высказывание Меркель, которое она допустила на прошлой неделе, показывает, что политическая роль России последнее время стала очень велика (на уровне США и Китая), что о многом говорит. Так вот, даже если Путин не станет арбитром хотя бы по некоторым вопросам споров США и Китая, сама по себе такая потенциальная возможность роль России и лично Путина сильно повышает. И, соответственно, существенно, облегчает возможности Путина в части его регулятивных возможностей внутри страны.

А ситуация здесь крайне сложная. Я уже много писал о проблемах Екатеринбурга и Санкт-Петербурга и абсолютно убеждён, что лодку будут раскачивать и дальше. При этом уровень жизни населения падает и будет падать и дальше, поскольку от либерального управления никто пока не собирается отказываться. В результате, либеральная элитная группировка начинает активно играть против России как государства, и против Путина лично, поскольку подрывает его ресурс как международного игрока.

Типичный пример — гениальное высказывание Орешкина: Я уж не знаю, то ли он это сам решил, то ли ему посоветовали «старшие товарищи», но с политической точки зрения это не просто вызов, это жесткий удар по репутации Путина. Я не вижу смысла в таком заявлении иначе, как в демонстрации публичного выхода на политическую арену либеральной элитной группы, причем в остро-конфронтационном направлении. За Екатеринбургом или другими новостями это было не совсем понятно, а теперь иллюзий остаться не должно. Разумеется, это высказывание можно, что называется, «замылить» в публичном дискурсе, но от этого политическое противостояния никуда не денется.

И следствием этого противостояния (целью которого, как я писал в упомянутом выше тексте) является необходимость для Путина провести серьезную работу для продолжения процесса повышения авторитета России в мире с целью гарантировать попадание полноправным участником на «новую Ялту» и «новый Бреттон-Вудс». Если бы противостояния не было, это процесс прошёл бы почти автоматически, но с учётом экономического спада, который поддерживается одной из элитных группировок (кто-то серьезно считает, что либералы случайно выводят деньги из российской экономики и обеспечивают многолетний экономический спад и снижение доходов граждан?), придётся поработать. Иначе о какой «державе-победительнице» в части финансового глобализма можно будет говорить?

В общем, такое впечатление, что либеральная элитная группировка (и в части гайдаро-чубайсовцев, и в части «семейных») начала агрессивную политическую кампанию. Главной задачей которой является шантаж Путина с угрозой вывести его из нового «ялтинского» и «бреттон-вудского» процессов с целью добиться своего места в новых элитных раскладах в России. Ничего, в общем, страшного, но нужно понимать, что если одна из групп в рамках внутриполитического процесса начинает агрессивную операцию в стиле «ва-банк», то и всем остальным приходится соответствовать. Вот и нужно жить, исходя из этого понимания. Источник

Умение договариваться

События в Екатеринбурге заставили меня всерёз задуматься о том, как они вписываются в контекст пресловутого «транзита власти». Ещё раз повторю, я его понимаю как подготовку российских властных группировок к тому моменту, когда Путин решит уйти. Мои тексты о новых «Ялте» и «Бреттон-Вудсе» дали, как мне кажется, идеальную версию институционального варианта такого ухода, но фокус в том, что они ничего не говорят о том, какая элитная конфигурация будет в этот момент в нашей стране.

Более того, прелесть этой институциональной схемы в том, что Путину, по большому счёту, будет совершенно всё равно, какой будет эта конфигурация, поскольку сам он уйдёт на уровень (или даже на два, в зависимости от того, как сыграют наши элиты с точки зрения розыгрыша соответствующей валютной зоны) выше, в элиту мировую. И не будет зависеть от того, кто и что будет решать внутри страны, станет фигурой совершенно недоступной с точки зрения каких-то несогласованных поползновений.

Но вот с точки зрения попадания за «круглый стол» на этих конференциях, такая конфигурация играет крайне важную роль! Об том я уже писал, но напомню, что за этим столом будут сидеть державы-победительницы, и проигравшим будет финансовый глобализм («Западный» глобальный проект). По этой причине, у его адептов (точнее, у тех, кто входит во властные группировки, связанные с этим проектом, у представителей «шлейфа» есть некоторые шансы на реабилитацию, не на слишком высоком уровне, разумеется) шансов практически нет. Фокус состоит в том, что российская либеральная элита включает в себя две большие группы.

Первая как раз и связана с «Западным» глобальным проектом. Это группы, завязанные на Гайдара и Чубайса, а также их дочерние структуры, связанные с Кудриным, Силуановым и так далее. Но есть и вторая часть, которую условно можно назвать «семейной». Это группы связанные с Волошиным, Юмашевым, Шуваловым, Абрамовичем и так далее. Эти люди, конечно, с исполнительными структурами «Западного» проекта дело имели, но, теоретически, имеют шансы от него отстроиться. И если в 90-е — 2000-е годы «дружба» с международными финансистами была им крайне необходима, то сегодня ситуация принципиально изменилась.
Но, поскольку самостоятельного статуса на Западе они не получили, то для того, чтобы сохраниться в рамках части российской элиты, им нужно предъявить некоторые аргументы. Причём не кому-то, а Путину. Причем не просто так, а в рамках острой конкуренции с патриотическими (частично силовыми, поскольку вторая часть силовых элит плотно коррумпирована и/или назначена как раз «семейными») элитами. Которые уже поняли, что либералов-чубайсят скоро можно будет раскулачить и, в общем, под шумок, готовы точно также раскулачить и «семейных». Ничего личного, только бизнес.
И остановить их может только Путин. Но вот будет ли он это делать и станет ли вообще вмешиваться в процесс — большой вопрос. Всем внешним игрокам на это абсолютно наплевать, более того, они вообще не будут разбирать разные интриги и доносы и связи «семейных» с МВФ и другими исполнительными структурами «Западного» проекта. Легче их просто слить и забыть про них как про страшный сон. То есть, для Путина защита Волошина&Со — это не просто доброе дело за старую дружбу, это ещё и вполне конкретные издержки. Поскольку доносов будет много и далеко не все они даже будут лживыми.

В такой ситуации «семейные» неминуемо должны совершить свою «предпродажную» подготовку. Смысл которой понятен и очевиден до слёз: необходимо показать Путину, что их защита перед Си и Трампом будет Путину стоить меньше, чем те неприятности, которые он получит, если решит их слить. Совершенно простой и в некотором смысле бесхитростный ход. Опять-таки, ничего личного… Но отсюда однозначно следует столь же бесхитростный вывод: в ближайшие время «семейные» (во главе с их главным координатором Волошиным) должны организовать Путину массу проблем, которые его будут связывать по рукам и ногам. И при этом проблемы эти должны быть достаточно долгосрочными и видными внешнему наблюдателю.

И что же мы видим? А видим мы колоссальный рост напряженности в регионах, пиком которых является выборы в Санкт-Петербурге и история в Екатеринбурге (причём Путину всё время докладывают, что «всё под контролем», чтобы оттянуть принятие разумного решения, которое снимет напряженность мгновенно; для Екатеринбурга он такое решение всё-таки принял, а вот сменить Беглова пока не готов). Но есть и другие истории, того же типа, например, в Архангельске.

Да, конкретные чиновники (РПЦ я включаю в чиновники, по понятным причинам) от большого непрофессионализма и совершенно неуёмной жадности (которые подогреваются многолетней безнаказанностью), конечно, совершили много глупостей. Но разбирать я их не буду (как и их поддержку «партнёрами»), поскольку это не столь принципиально. Главное, я получил достаточно много информации, которую лично я, со своими опытом, могу интерпретировать однозначно: это «семейные» игры, то есть, как раз пресловутая «предпродажная подготовка». И, к слову, именно по этой причине решить вопрос на местном уровне невозможно, поскольку «семейные» настолько плотно в своё время оккупировали систему управления Россией (в том числе, назначили большое количество действующих силовых генералов), что любую разумную инициативу на местном или федеральном уровне способны ограничить или даже заблокировать.

Повторю ещё раз, это моё личное экспертное заключение, информацию, которую я получил, пересказывать не буду, да и не нужно это делать. Поскольку приведённый выше анализ показывает, что такой активности не может не быть. Ну, вот она и есть. И вывод, который из этого анализа следует, очень простой. Либо с этой группой нужно договариваться как можно быстрее, чтобы она свою деструктивную активность прекратила (хотя как это гарантировать, я не очень знаю), либо, её нужно ограничивать сверху. Бороться с её активностью на региональном уровне практически невозможно, это слишком сложно, да и не эффективно, в одном месте проблему решишь, в другом они появятся. Так что картинка в этом месте, для меня, во всяком случае, полностью прояснилась. Источник

Источник

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here