Будет ли «Земайдан»

0
32

После «Бури и натиска» инаугурационной речи Владимира Зеленского, когда «послушно» согласился подать в отставку премьер Гройсман, а на «дежурных» консультациях с лидерами парламента последние дали согласие принять предложенные президентом изменения в избирательное законодательство, дабы по ним прошли выборы распущенной им Рады, что-то пошло не так.

Собранная на следующий день на экстренное заседание Рада даже не стала вносить президентский законопроект в повестку дня, стало известно о подготовке обращения в Конституционный суд о признании указа о роспуске Рады неконституционным. В общем, «старые» довольно быстро оклемались от первоначального шока и перешли в контрнаступление.

Особенно показательным стал твит главы парламента Андрея Парубия: «Вы думаете, это в воздухе запах реванша? Принюхайтесь, это запах горящих шин. Реванш не пройдет». Ему вторит и известная «активистка» и депутат Татьяна Черновол, также заявившая, что Зеленский ― «сепар» и что он устроил реванш против майдановских сил, а посему она и «Народный фронт» не будут покидать Верховную Раду даже в случае ее роспуска, ведь они патриоты, также предсказав «Майдан патриотических сил».

«Теоретически» эти пассажи можно пропустить мимо ушей, ведь по совпадению принадлежат они как раз тем двум украинским народным избранникам, по которым имеется абсолютно достоверная информация о наличии у них официально поставленных диагнозов психических заболеваний (правда, один из них не простой депутат, а «главный» ― второе лицо в государстве).

Но на самом деле, конечно, речь идет о более серьезной тенденции, первые признаки которой проявились сразу после первого тура президентских выборов. «Первой ласточкой» стал пост в соцсети заместителя гендиректора украинского телеканала ATR Айдера Муждабаева, сделанный, когда только появились первые данные экзитполов: «…Предательство победит с вероятностью 100%. Я только что разговаривал у себя дома с боевым комбатом. Видимо, придется стрелять. Когда тебе стреляют в спину, другого выхода нет. Это означает новую революцию, победу патриотов, но и одновременно потерю еще шести-восьми областей. К сожалению, пророссийское большинство не оставляет нам никакого шанса спастись, кроме этого».

А вот что написал советник тогдашнего президента один из лидеров волонтерского движения Юрий Бирюков: «Это протест против наших попыток вырваться из цепких лапок империи, протест против призыва думать, протест против нашей мечты. Хотят ли сваты пить кофе в Вене? Риторический вопрос…

А потом я начал читать личку. И сотни сообщений от незнакомых людей с предложениями помощи. Вот как раз они протестуют! Они протестуют против России и против совка, они протестуют против жвачки по ТВ и против оболванивания. Поклонники Зеленского, вы протестный электорат? Да хрен там! Мы покажем вам протест».

Именно так, протест даже не против тех или иных действий власти, неизбранного еще на тот момент президента, а фактически против самого выбора народа. Особенный же размах «протестные настроения» против неправильного народа приняли после того, как стали известны окончательные итоги выборов. Возникло даже стихийное движение «25%», ведь они «элита», а остальные – быдло, о чем «Альтернатива» уже подробно писала.

Впрочем, такая ситуация возникла отнюдь не только когда обозначилась неизбежность победы Владимира Зеленского. Так называемые национал-патриоты, понимающие свой «патриотизм» исключительно как «геть от Москвы», ради чего вполне нормально стать подстилкой США и Европы (© Владимир Яворивский), всегда были в меньшинстве и практически всегда проигрывали относительно демократические выборы.

Единственное исключение – выборы 1999 года, когда в паре Кучма – Симоненко на первый план вышла сугубо идеологическая составляющая, в результате чего Кучма праздновал победу в основном в урбанизированных регионах, включая Донецкую область, а вроде бы пророссийский Симоненко первенствовал в аграрных областях, включая Винницкую и Житомирскую.

В остальных же случаях в 1991 году бывший секретарь запрещенной тогда КПУ легко, «в одну калитку», выиграл у всех заслуженных борцов за «незалежность», включая относительно умеренного Вячеслава Черновола, а в 1994 уже он проиграл тогда еще с трудом говорившему по-украински Леониду Кучме, шедшему на выборы с лозунгом «Россия и Украина – меньше стен, больше мостов». В 2004 и 2010 году выборы выиграл Виктор Янукович.

Но он же оба раза свою законную власть и потерял в результате организованных и поддержанных более активным меньшинством майданов, а последовавшие затем выборы 2005-го и 2014-го были, по сути, легитимизацией итогов этих Майданов (которые и сами их участники характеризовали как революции, т. е. насильственную смену власти), причем крайне сомнительную с точки зрения общепринятых демократических процедур.

Завершая эту ретроспективу, отмечу, что, конечно, «пророссийскими» или даже «антизападными» нельзя считать не только самого Зеленского, но и значительную, очень значительную часть его избирателей – события после «Революции достоинства» и годы оголтелой пропаганды сделали свое дело. Тем не менее, я бы сказал, глубинный менталитет большинства граждан Украины оказался сильнее наносной пропаганды и обеспечил Зеленскому столь впечатляющий и приведший в столь удрученное состояние «патриотов» результат.

Однако политическую жизнь любой страны формируют не только писаные законы, но и сформировавшиеся традиции. В том числе те, что «повестку дня» в стране формируют «западники», причем не только в политическом, но и в чисто географическом смысле (Львов и Галиция). Они заставляют плясать под свою дудку власть и тогда, когда она принадлежит представителям Юго-Востока, а «при необходимости» и меняют её посредством майданов. Понимание этого очень плотно засело в головах нынешних «25-процентников», мечтающих исправить выбор «неправильного» большинства.

В такой парадигме любой «шаг вправо, шаг влево», отклонение от «генеральной линии» воспринимаются как «зрада». Априори отвергается любой компромисс с не разделяющими полностью их идеологию согражданами, выразителем интересов которых стал новоизбранный президент, который, понятно, отнюдь не «ватник».

И почему бы в такой ситуации не повторить еще разок Майдан, тем более что речь идет о «защите завоеваний» (ведь чисто психологически «отдавать» куда сложнее, чем отказаться от попыток «захвата»)? А еще речь идет о т. н. «спасении Украины». Почему бы и не замутить Майдан, если учесть, что в наличии у «патриотов» не только уличные активисты, но и организованные структуры боевиков, добровольческие батальоны и их ветераны, серьезная поддержка в регулярной армии.

А главное, есть и «заказчик» – уходящая власть, которая уходить совершенно не хочет и которая обладает немалым административным и прочими ресурсами. В общем, перефразируя классика, «майданная ситуация» налицо. При этом совсем не обязательно будет иметь место «классический» Майдан – с занятием сакральной площадки «мирными протестующими» с последующим штурмом государственных учреждений.

Но уличное давление на Зеленского будет организовано практически наверняка, возможен и испробованный в ходе предыдущих майданов ход с «непризнанием» президента местными органами власти в западных регионах. Т. е. речь будет идти о давлении на Зеленского, о том, чтобы страхом «полноценного» Майдана превратить его в сугубо номинальную фигуру, вынужденную полностью идти на поводу у национал-патриотов, а со временем и окончательно избавиться от него. Причем повод для запуска «Земайдана» может быть как внутренний – роспуск Рады, так и внешний – попытка начать переговорный процесс об урегулировании в Донбассе.

Очевидно, что пониманием этого обусловлена родившаяся в команде Зеленского идея – провести то ли референдум, то ли всенародный опрос относительно формата переговоров с Россией, т. е. попытаться получить четкий «мандат от народа» на ведение таких переговоров. Это, конечно, может усилить его позиции, но ведь подлинная суть «майданной» идеологии в том и состоит, что мнение народа, большинства граждан, вторично по отношению к позиции активистов. Да и право на «мирный протест» никто не отменял.

А «улица» пока не на стороне Зеленского, своих «активистов» у него практически нет. Правда, с ним министр внутренних дел Арсен Аваков, что обеспечивает и «нейтралитет» самых мощных праворадикальных структур, Нацкорпуса и «Азова». Но насколько он надежный союзник? Зеленский ему был нужен, чтобы избавиться от Порошенко, отношения с которым прошли точку невозврата, делавшую невозможным дальнейшее сосуществование с бывшим гарантом в случае его победы. Да и ставил он изначально на Тимошенко. А «леди Ю», хотя пока и демонстрирует конструктивный настрой, наверняка не прочь при случае избавиться от Зеленского, чтобы получить еще один шанс.

Аваков тоже пока ушел в тень, но, очевидно, рассчитывает, что его статус «не первого, но и не второго» при новом президенте только укрепится. К тому же он сам – «дитя Евромайдана», один из его лидеров и, что еще важнее, один из ключевых виновников войны. Её завершение, мирное урегулирование и соответствующий политический и идеологический поворот могут создать для него немалые проблемы. Иными словами, в формирующейся структуре руководства страны он наверняка станет одним из «ястребов», причем, как и при Порошенко, его влияние будет опираться не только на «официальных» силовиков.

Впрочем, есть козыри и у Зеленского. Это, как ни банально это звучит, пока сохраняющаяся поддержка граждан, а во-вторых – позиция западных держав, которые меньше всего хотят новых «великих потрясений» на Украине, понимая, что она их не перенесет. Да и признавать «народный гнев», снесший только-только избранного с огромным перевесом президента, как-то совсем уж не «комильфо».

Мнение «старших товарищей» всегда имело на Украине огромный вес, но ведь реальные выгодополучатели нового Майдана могут оставаться и в тени, объяснив потом его «итоги» спонтанным гневом масс: мол, выбежал на трибуну очередной сотник Парасюк – и свалили законного президента. За пять лет президентства у Петра Порошенко накоплен немалый опыт игр во внешне старательного, но делающего все в своих интересах приказчика. Так почему бы не попробовать еще раз, особенно если раньше сходило с рук, а сейчас и терять нечего?

В общем, вероятность радикального сценария на Украине достаточно велика, но многое зависит от того, как проявит себя уже сам Зеленский, насколько крепкими у него окажутся нервы и другие «жизненно важные органы». А это пока вещь труднопредсказуемая.

Дмитрий Славский

Источник

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here