Шэн Шилян: Русский язык — не инструмент общения, а мое любимое дело — Российская газета

0
24

Русский язык — не инструмент общения, а любимое дело

В 50-е годы прошлого века, когда я учился в младших классах школы, мне очень нравились книги по внеклассному чтению — "Витя Малеев в школе и дома" Н. Носова, "Морская соль" Н. Жданова и русские народные сказки. В ту пору в школе, кроме учебников по китайской словесности, по географии и истории Китая, большинство других учебных пособий были советскими. Эти учебники были переведены с русского на китайский, в доброй половине шанхайских школ преподавали русский язык. В 1960 году, когда китайско-советские отношения уже покрылись мраком, я вопреки всему поступил в Шанхайский институт иностранных языков на факультет русского языка, причина была проста, — мне нравился русский язык. По совету преподавателя по чтению Веры Степановны я с большим интересом прочитал "Капитанскую дочку" и "Дубровского" Пушкина, "Героя нашего времени" и драму "Маскарад" Лермонтова, повесть Короленко "Слепой музыкант" — так я на всю жизнь полюбил русскую литературу.

В то время мы жили очень бедно, я не мог купить "Большой русско-китайский словарь", который стоил 12 юаней. Поэтому, когда встречал новые слова, шел в аудиторию, чтобы попросить словарь у моих однокашников. Так у меня появился "глаз-алмаз" — выработалась отличная зрительная память. Университет был в 5 километрах от дома, но я не тратил 9 фэней на трамвай. Вечером в субботу я возвращался домой пешком, а по дороге под каждым фонарем просматривал новые слова, выученные за неделю, один фонарь — одно слово… и так до самого дома. А заучив слова, оставшееся время я посвящал заучиванию наизусть стихов, которые мы прошли.

В 1964 году я с отличием окончил институт, из сотни моих однокурсников работать по специальности устроились лишь единицы, а всю жизнь с русским языком связал один лишь я.

В 1978 году я впервые поехал работать за границу. Как только я приехал в Москву, меня окружили десятки газет и журналов, разнообразные телепередачи, рекламные плакаты и слоганы на улицах, дотошные и многословные инструкции к разным товарам — я с головой погрузился в море русского языка. Только тогда я и понял: хотя о моем русском в агентстве "Синьхуа" отзывались достаточно неплохо, но для самих русских мой языковой уровень можно было охарактеризовать одним словом — "плохо!".

Самую большую помощь в улучшении моих языковых навыков мне оказал китаист Юрий Тавровский. Юрий — ровесник Нового Китая, когда мы с ним познакомились, он работал обозревателем в журнале "Новое время". Он четко и здраво рассуждал о китайско-советских отношениях, постоянно писал авторские комментарии к публикациям, зачастую ездил читать лекции по международному положению на предприятия и в учебные заведения, а его гонорары намного превышали его месячный оклад. Наша дружба стала крепкой и долгой.

Быть корреспондентом Синьхуа — заветная мечта с 6-го класса

Когда я учился в 6-м классе, учитель по китайскому языку задал нам сочинение на тему "Моя мечта". В ту пору я очень завидовал китайским журналистам, которые вели репортажи с линии фронта Корейской войны, вот я и решил, что когда вырасту, стану одним из них. Не думал, что когда я окончу институт, меня и вправду распределят на работу в Синьхуа.

В агентстве Синьхуа я совмещал основную работу по специальности с работой архивиста, которой занимался год. Потом проработал два года на низовом уровне в деревне, 3-4 года подбирал публикации и статьи, более десяти лет был редактором, 14 лет — корреспондентом, и в течение двух лет мне даже удалось побыть ведущим телепрограммы агентства Синьхуа — "Международная панорама". А после выхода на пенсию и до сих пор я занимаюсь изучением международной проблематики. Я занимался переводами с русского на китайский без малого 10 лет — это ведь была моя первая работа и мое единственное преимущество.

В последние годы "культурной революции" страна страдала от удручающей скудости культурной жизни. После работы я выкраивал время на перевод книг "Щупальца спрута" и "Анюта" объемом 400 тысяч иероглифов. В Синьхуа самой интересной и самой творческой была работа журналиста, исключение составляли лишь корреспонденты, аккредитованные в СССР в 70-80-е годы прошлого века. В 1978 году я впервые попал в представительство Синьхуа в Москве. Тогда там было всего четыре корреспондента из Китая — "четыре пары глаз", которые создавали полный информационный взгляд китайской прессы на северного соседа. В то время китайско-советские отношения были напряженными, в информационных сообщениях было много шаблонности.

Однако все зависит от самих людей. 23 октября 1980 года председатель Совета Министров СССР А.Н. Косыгин "по состоянию здоровья" оставил все посты в партии и правительстве. Мы с двумя корреспондентами агентства на основе этой сухой новости, тщательно подбирая и взвешивая каждое слово, написали статью "Важная перестановка кадрового состава в советском руководстве". Этот материал с позиций осуждения рассказывал об обидах Косыгина на власть, а также раскрывал противоречия в советской верхушке, за что в 1980 году был признан лучшим информационным материалом года.

10 ноября 1982 года умер Л.И. Брежнев, на похоронах присутствовал министр иностранных дел Китая Хуан Хуа. Так благодаря "похоронной дипломатии" начался процесс улучшения двусторонних отношений. Фотоматериалы, касающиеся присутствия министра иностранных дел КНР Хуан Хуа на похоронах, а также его встреч с советским руководством, нужно было срочно переправить в Китай. Тогда отправить факсимильные фото можно было только с Центрального телеграфа на улице Горького, однако из-за похорон весь центр был перекрыт. От волнения я был как уж на сковородке. Хорошо, что политически грамотные и разбирающиеся в международной ситуации советские милиционеры, узнав о моей важной миссии, тут же на милицейских машинах по зеленому коридору сопроводили меня к телеграфу.

С 1978 по 2000 год я три срока работал корреспондентом Синьхуа в Москве, сначала прозябал, как игрок на скамейке запасных, а потом все ноги отбил — так был занят во время частых государственных визитов. Я был свидетелем потепления наших межгосударственных отношений, а также видел весь процесс от нормализации отношений до превращения наших стран в стратегических партнеров, и это большая удача! 

"Валдай", или как я увидел "мягкую силу" Путина

В 2002 году, когда мне было уже 60, я стал заниматься изысканиями в Центре исследований международных вопросов агентства Синьхуа. В 2007 году друзья из РИА Новости и Совета по внешней и оборонной политике РФ порекомендовали меня для участия в неправительственной организации "знатоков России" всего мира — в дискуссионном клубе "Валдай". Так, с 2007 по 2018 год мне удалось 12 раз увидеть Владимира Путина.

В Китае про Россию и русских часто говорят, что это "воинственная нация", но я думаю, что "мягкая сила" России — это абсолютно верный эпитет. Про В. Путина говорят, что это человек "железной воли", но я считаю, что он — "благородный рыцарь с добрым сердцем", он умеет объединить жесткую и мягкую силу и заставить их работать на общее благо.

Впервые я увидел В. Путина в Сочи. Тогда в работе клуба "Валдай" участвовало около 30 иностранных ученых, Путин пожал всем руки. Рукопожатие этого широкоплечего принципиального человека было наполнено огромной энергетикой. В тот день он восемь раз в положительном контексте упомянул Китай. Глубочайшее впечатление на меня произвела одна его фраза: "В мире только три державы обладают правом на ведение независимой внешней политики — это Россия, Китай и США, ну, может быть, еще Индия. Япония поступает по указке США, Британия, Франция и Германия находятся под влиянием Америки и Евросоюза".

6 сентября 2010 года на банкете для иностранных участников клуба "Валдай" я задал В. Путину вопрос: "Большинство людей поддерживают ваш политический курс, однако есть и те, которые настаивают на том, что России нужна политическая модернизация и либерализация экономики. Как вы это прокомментируете?" В. Путин привел в пример Китай, завуалированно опровергая так называемую "либерализацию", он сказал, что очень уважает китайское руководство. "В Китае нашли оптимальный путь стремительного экономического развития и улучшения благосостояния населения. Китай по-прежнему придерживается коммунистической идеологии, объединяя рыночную экономику с централизованной политической властью, благодаря чему социально-экономическое развитие достигло небывалого, поразительного роста! В России есть пословица: от добра — добра не ищут. Социальная стабильность, экономическое развитие, участие народа и его контроль, что может быть лучше?"

На ежегодном заседании 2013 года очень деликатный и вежливый британский ученый Чарльз Грант задал не очень джентльменский вопрос: "Не представляет ли угрозы для России успех Китая?" В. Путин по-джентльменски ответил: "Почему Россия должна рассматривать успех Китая как угрозу, почему она не может порадоваться успехам Китая? Я расскажу одну историю. У одного крестьянина ничего не было, а у его соседа было стадо коров, тогда Бог сказал бедняку: "Я могу и тебе дать целое стадо". На что тот ответил: "Нет, пусть лучше сдохнут коровы моего соседа!" Ваш вопрос как раз и напомнил мне этого бедного соседа из анекдота…"

На встрече в 2015 году В. Путин назвал Китай приоритетом российской внешней политики: "Уверен, у России есть прекрасные возможности развивать отношения с сопредельными странами и с важными международными организациями, и прежде всего с участниками ЕАЭС, с самым крупным соседом России и самым крупным торговым партнером (в прошлом году торговый оборот приблизился к ста миллиардам долларов) — с Китаем. Нам надо развивать отношения с великой Индией, со странами — участницами ШОС и БРИКС, с христианской Европой, с исламским миром (мусульмане — это 20 процентов населения России). Конечно, России надо также развивать отношения и с США".

Встреча 2017 года проходила как раз после завершения XIX съезда Компартии Китая. Глава Центра по изучению России Восточно-китайского педагогического университета Фэн Шаолэй попросил В. Путина поделиться своими впечатлениями о съезде. В. Путин сказал: "Мы с большим вниманием следили за работой XIX съезда Компартии Китая. Доклад председателя Си Цзиньпина свидетельствует, что Китай обращен и стремится к будущему. XIX съезд продемонстрировал искренние и открытые подходы Компартии Китая. Так много китайских и зарубежных СМИ освещали работу съезда, это просто потрясает". Он также с улыбкой рассказал о своих личных взаимоотношениях с председателем Си Цзиньпином: "При встрече мы назвали друг друга друзьями, у нас очень теплые отношения. Конечно, это не сказывается на том, что каждый из нас отстаивает интересы своей страны. Выражаясь дипломатическим языком, национальные интересы наших стран не являются идентичными, но у нас есть взаимная близость в подходах. По каким бы ни было вопросам, даже спорным, мы всегда можем добиться компромисса, прийти к единому мнению".

На встрече 2018 года директор по научной работе клуба "Валдай" Ф. Лукьянов оказал мне честь первым задать свой вопрос. Я спросил: "Есть такая пословица: хочет дерево покоя, да ветер все не утихнет, нам тоже постоянно не дают покоя. Китаю и России приклеивают ярлыки "оплотов ревизионизма"; во-вторых, Китай и Россию ставят в один ряд с КНДР и Ираном, определяя наши страны в качестве главных противников "самого великого", "самого миролюбивого" и "самого обиженного государства всех времен и народов"; и в-третьих, вводят против нас санкции, ведут с нами торговые войны. Как на это реагирует Россия и что вы посоветуете в связи с этим Китаю?" В. Путин твердо ответил: "По степени величия Китай и китайский народ нисколько не уступают тем странам, которые вы сейчас упомянули. Не думаю, что Китаю нужны наши советы. По моему мнению, все мы под богом ходим, ветер когда-нибудь утихнет. Я думаю, не следует скоропалительно и негативно реагировать на некоторые проявления возможно ухудшающейся обстановки. Несомненно одно — в любое время надо им что-то противопоставить, отстаивая интересы своей страны, так и поступают Китай и Россия. Торговые войны замедлят развитие мировой экономики, они никому не приносят пользы.

Естественно, на какое-то время возобладает хаос, но рано или поздно он самоустранится. Китай обладает древней культурой, китайцы — люди непреклонной воли, сегодня фундамент китайской экономики не смогут поколебать никакие риски и угрозы".

"Большего счастья мне и не надо!"

Заседания клуба "Валдай" можно назвать мозговым штурмом и торжеством интеллектуальной силы. На заседаниях ученые ведут ожесточенные споры, а после заседаний дружески общаются. В конфуцианстве именно об этом сказано: благородный муж находится в согласии, придерживаясь разных взглядов.

На заседании 2016 года я и еще два российских и один американский ученый стали первыми лауреатами премии за вклад в работу Дискуссионного клуба "Валдай". А на следующий год мне подарили памятный значок клуба, и это наполнило мою жизнь на склоне лет чувствами удовлетворения и радости. Дискуссии на заседаниях обычно начинались в 9 утра и продолжались до 10 вечера, ученые продолжали обсуждения даже во время обеда и кофе-брейка. Выдержать такую напряженную мозговую работу для меня означало, что я еще очень молод душой.

Я уже 17 лет на пенсии, около тысячи моих публикаций вышло в китайских и зарубежных изданиях, больше половины из них опубликованы в периодике агентства Синьхуа. Конечно, в основном это сборник Синьхуа "Исследования международных вопросов", в год там выходит более 20 публикаций.

Еще в студенчестве у меня появилось три увлечения: слушать классическую музыку, читать знаменитые произведения русской литературы и петь русские песни, а сейчас у меня появилось время! Я пою в хоре сотрудников Синьхуа "Рябинушка", мы собираемся раз в неделю, в хоре 70-80-летние корреспонденты и редакторы на пенсии, и мы весьма достойно исполняем песни "Священная война", "Соловьи", "Ночь на рейде", "Дороги", "Калинка". Я часто угощаю всех шоколадом, который мне дарят друзья.

Теперь я живу на пенсию, которая в сто раз больше моей первой зарплаты. Я бесплатно езжу в общественном транспорте, бесплатно гуляю по парку Ихэюань, читаю русскую классику, пою русские песни, пишу то, что мне интересно. Вместе с русскими друзьями, которые приезжают в Китай, мы выпиваем по стопке шаосинского вина под пекинскую утку. А еще я каждый год вижу В. Путина… Выражаясь по-шанхайски, большего счастья мне и не надо!

Об авторе

Шэн Шилян с 1964 года работал в агентстве Синьхуа, по долгу службы был переводчиком, редактором, корреспондентом, 14 лет проработал в представительстве Синьхуа в Москве. В настоящее время — научный сотрудник Центра исследований международных вопросов агентства Синьхуа, а также НИИ по изучению развития евразийского общества Центра по исследованию проблем развития при Госсовете КНР, участник Международного дискуссионного клуба "Валдай".

Источник

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here