Уроки «Родины». Константин Циолковский: «Дурные баллы уменьшают силу учащихся…» — Российская газета

0
17

В наступившем году сотни российских школ подписались на наш журнал. «Родина» давно стала дополнительным и незаменимым учебным пособием для учителей истории и литературы. Мы продолжаем публикации рубрики «Открытый урок», где даем слово лучшим российским педагогам и мыслителям прошлого и настоящего.

Константин Эдуардович Циолковский. Калуга. 1932 год.

Главная тема этого номера — 60-летие первого полета человека в космос. Справедливо, что апрельский Открытый урок проводит отец космонавтики, самобытный философ и школьный учитель Константин Эдуардович Циолковский.

«Циолковский перевернул мне душу». Юрий Гагарин

Константин Эдуардович Циолковский до старости почитался за чудаковатого провинциального учителя, одержимого идеей воздухоплавания. «Он был глух, беден, еле-еле сводил концы с концами, — вспоминал его младший товарищ биофизик А.Л. Чижевский. — И не он один, а с семьей, которую он ничем не мог согреть, кроме слов утешения и веры в свое будущее». Лишь на закате жизни гения ждали заслуженное признание, почет и персональная пенсия. Его услышали, ему поверили, и новое поколение загорелось мечтой выйти за пределы атмосферы.

Но было в жизни пророка космической эры не менее страстное увлечение — педагогика. В 1932 году, на пике славы, 75-летний Циолковский скажет: «Может быть, мои изобретения не осуществятся. Вот то, что я работал 40 лет учителем, я считаю несомненной заслугой». С 1880 по 1921 год он учил арифметике, алгебре и геометрии, физике и химии боровских и калужских детей. Через руки педагога, по его собственным подсчетам, прошло полторы тысячи учениц средней и около 500 учеников начальной школы.

Из-за глухоты сам Циолковский не окончил и гимназии, а все науки постигал по книгам. Вероятно, поэтому он сильно отличался от тогдашних степенных и чопорных учителей. Константин Эдуардович имел редкую способность преподавать в наглядной, доступной форме и делал это с удовольствием:

«Несмотря на глухоту, мне нравилось учительство. Большую часть времени мы отдавали решению задач. Это лучше возбуждало мозги и самодеятельность и не так было для детей скучно. С учениками старшего класса летом катались на моей большой лодке, купались и практиковались в геометрии. Я своими руками сделал две жестяных астролябии и другие приборы. С ними мы и ездили. Я показывал, как снимать планы, определять величину и форму недоступных предметов и местностей, и обратно, по плану местности, восстановлять ее в натуре в любом пустом поле. Впрочем, больше было веселости и шалостей, чем дела […] Зажженный водород у меня свистел и дудел на разные голоса. В пятом классе всегда показывал монгольфьер. Он летал по классу на ниточке, и я давал держать эту ниточку желающим. Большой летающий шар, особенно с легкой куклой, производил всеобщее оживление и радость».

Уроки Циолковского были совсем не похожи на сухие казенные занятия, вызывали восторг у детей и одобрение начальства, разглядевшего в нем «исключительный экземпляр педагога». В отчете смотрителя Боровского училища читаем: «Его приемы преподавания просты, наглядны и практичны, оживляют и заставляют быть внимательными учеников во все время урока. Вследствие такого преподавания дети без особого труда и сознательно усваивают изучаемый предмет. Готовых правил и теорем учитель никогда не дает детям, а они сами с помощью учителя, посредством решения многих частных вопросов и задач, приходят к той или другой истине…»

«Родина» собрала несколько мудрых советов Циолковского-педагога, весьма актуальных для нынешних учителей и их воспитанников.


В рабочей комнате. 1927 год.

«ГЛАВНАЯ ЦЕЛЬ — НАУЧИТЬСЯ ЖИТЬ!»

О какой школе Циолковский мечтал 100 лет назад

В 1918 году заслуженного педагога Циолковского пригласили в новую трудовую школу. Он приветствовал ее порядки: разделение детей по возрасту, приучение к физическому труду, отсутствие оценок и наказаний. В июне 1918-го, вдохновленный переменами, он пишет небольшую статью о школе будущего. Как и многое в те годы — в стол.

Статья увидела свет только в XXI веке.

Каким представился «далекий идеал» школы гениальному калужскому учителю? (Публикуется с сокращениями, подзаголовки расставлены редакцией).

Общежитие

Настоящая школа должна бы быть общежитием, окружённым возделанной землёй: садами и полями. Труд физический должен чередоваться с умственным, искусство жизни с наукой. Земледелие и ремесло послужили началом наук и искусств. Пусть так же будет и в школе.

Лето посвящается земледелию и часу, другому научных бесед. К осени немного самых простых ремёсел, близких к потребностям учащихся и 2, 3 часа науки ежедневно. Зимой — то же, все в очень умеренной степени, чтобы не надорвать молодых сил. Отсутствие насилия, страха, угроз, наказаний, угрюмого настроения есть показатель того, что всё идёт благополучно.

Жизнь обществом по необходимости возбудит и социальные вопросы. Учителя их поднимут и будут решать практически и теоретически. Много лекций будет посвящено социологическим опытам. Ремесла будут живым основателем технологии, земледелие и садоводство — таким же основанием биологии. Вся жизнь будет основанием науки. Строгой системы в преподавании не нужно: надо, напротив, пользоваться настроением, обстоятельствами и желаниями. Однако в общем, как учителя, так и учащиеся должны, в конце концов, расположить свои знания в систематическом порядке. Порядок этот состоит в движении науки от простого к сложному.

Источник

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here