Это разморозка конфликта. Зеленский идёт по пути Саакашвили

0
25

Вспомним тезисы Саакашвили о том, что «нет конфликта с Абхазией, есть конфликт с Россией». И не просто двусторонний конфликт, а «цивилизационный», где Тбилиси на стороне «света», то есть Запада, а Россия – тьма.

«Разморозка конфликта» – в своих работах этот термин я использую как минимум с мая 2004 года. Это понятие имеет несколько важных элементов.

1. Попытки выхолостить имеющийся переговорный формат и правовую базу для конфликтного урегулирования. Сделать по факту юридическую и дипломатическую основу фикцией – см. заявления М. Саакашвили о грузинском флаге над Цхинвали как о ценности, более важной, чем Дагомысские соглашения 1992 года (в версии тогдашнего министра И. Окруашвили это звучало как новогодние торжества в Цхинвали). Что сегодня? Заявления Л. Кравчука и А. Резникова про Минск как о неподходящем venue для переговоров. Нужен им, понимаешь, берег швейцарский али шведский…

2. Следствие первого. Если этот формат неправильный, то нужен какой? Правильный! Даёшь интернационализацию мирного процесса! В грузинской версии это было стремление создать якобы «другую Южную Осетию» (коллаборанты Д. Санакоева) и сделать её участником переговоров, потом «правительство» в Чхалте по Абхазии, где якобы её «сердце». Затем заявления о том, что СКК устарела, как Женева-1. Сегодня – тезисы про устарелый «нормандский формат». Вот войдут туда США – и будет счастье.

3. Выдвижение очевидно неприемлемых требований для одной из сторон. Понятно, что вступление Украины и Грузии в НАТО для Москвы воспринимается если не как casus belli, то как прямой вызов. На этой основе точно компромисс невозможен. Так к нему, собственно, и не хотят идти, нужна сокрушительная победа. Сербская Краина-1995 и Карабах-2020 – вот то, что чаемо, компромиссы are not requested.

4. Идеологически конфликты понимаются и позиционируются не как следствие ошибок нациестроительства «материнского государства», а как «агрессия соседа» – см. тезисы Саакашвили о том, что «нет конфликта с Абхазией, есть конфликт с Россией». И не просто двусторонний конфликт, а «цивилизационный», где Тбилиси на стороне «света», то есть Запада, а Россия – тьма. Но если Грузия дозрела до такого к 2004 году – в 1990-х всё было сложнее в их официальных трактовках, – то Украина с апреля 2014 года всё строила именно на внешнем факторе. Хотя академическая литература не так однозначна с этим. Однако верно и то, что политики не академики.

5. Наращивание военных инцидентов, прощупывание оппонента на предмет расширения «красных линий» – см. опыт мая – августа 2004 года в Южной Осетии, лета 2006 года в Абхазии. В Донбассе также такие моменты были – см. отжатие «серых зон», «лягушачьи прыжки». Сегодня лягушка надеется стать царевной. Есть паттерн Карабаха, и выводы из него делаются определённые. Есть поддержка Д. Байдена. И есть misunderstanding.
Перефразируя Е. Евтушенко: хотят ли американцы войны? Как и в 2008 году – не особо. Но за языком там следить не принято (или не желается). И поэтому выходят из уст К. Райс слова про «поддержку друзей», а сегодня тезисы Д. Байдена – почти реплика тезисов неистовой Кондолизы. В Тбилиси – тогда, в Киеве – сейчас полутонов слышать не хотят, между строк читать желания тоже нет. Тут бы впору цитировать А. Сент-Экзюпери про ответственность за тех, кого приручили. Да знать бы этого пилота-писателя для начала! Я не стану тут писать в пасторальных тонах про наших. В Кремле альтруистов нет, как нет и поклонников идей Махатмы, разве что поговорить с ним некоторым хотелось бы. Но очевидно, что судья в звёздно-полосатом купальнике свистит в одну сторону, а читать в первоисточнике Минские договорённости (как ранее Дагомысские и Московские) недосуг. Это разморозка, господа!

СЕРГЕЙ МАРКЕДОНОВ

Источник

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here