Про Казань и не только: кого воспитать хотим?

0
49

Честно говоря, навеяло обсуждением заметки Мента «Четвертовать ли казанского стрелка». На броский заголовок тут же сбежались начинающие садисты-​теоретики, которых история земной цивилизации ничему не научила… В общем, мой комментарий в их высказываниях потерялся, потому решил написать этот текст.

На мой взгляд, проблема инфантильного поведения «взрослых», по идее, людей, повышением возраста «взрослости» не решаема в принципе. Кто-​то предлагал считать «взрослым» в 21, кто-​то в 25, опираясь на аргументы типа «а я вот знаю раздолбая…». Я тоже знаю «детей» годков тридцати, и даже сорока. Совместим разрешения на оружие/автомобиль/спиртное/участие в выборах и т.п. с выходом на пенсию? И в армию будем забирать тогда же? Наверное, это не выход.

То есть выход, конечно — если нужно выйти с законопроектом, пошуметь на камеру, и на этом успокоиться. А если нужен результат? И, кстати, если границы 14 лет (паспорт, «возраст согласия», ответственность за тяжкие и особо тяжкие преступления) и 18 лет (все остальные гражданские права и обязанности) у нас прописаны в законодательстве — то как мы собираемся часть прав давать позднее? Обязанности держи сразу (та же армия), а с правами подожди, ты ещё маленький?

Подозреваю, проблема не в том, что ответственность наступает слишком рано — а наоборот: она наступает слишком поздно, и сразу в полном объеме. Наши дети — ну уж слишком дети, в том возрасте, когда в более суровых условиях они уже вступали (и кое-​где ещё вступают) во взрослую жизнь.

И по собственным наблюдениям, и по результатам общения с детским психологом: ребёнок готов принимать от нас, родителей, информацию лет до 6-7. Дальше пигмеи, например, уже своих детей заводят — какое уж там «воспитание»? Механизмы взаимодействия с окружающими формируются именно в этот период. Ввиду невозможности понимания ребёнком сложных вещей — во многом на уровне условных инстинктов, фактически дрессировки. Ну, и повторения за старшими — они с огромным удовольствием включаются в этот период в любую созидательную деятельность, даже самую скучную. Главное дать посильный фронт работы и минимально помочь.

А если в повседневной деятельности родителей нет работ, которые можно доверить такому ребёнку? Где он научится быть нужным окружающим? В чём будет его первая победа над собой? Где, наконец, он сможет на опыте убедиться в том, что родители более сильны, выносливы и умелы, чем он? Как он примет их за образец для подражания, на каком интуитивно понятном основании?

А если маленький человек этого опыта не имеет — лет в 10-12 он уже готов послать нас лесом, заявив, что мы в жизни ничего не понимаем и он всё, что нужно, знает сам. И в чём-​то будет прав: на уровне первобытного человека он к взрослой жизни уже готов, более сложных инстинктов у нас нет, слишком мало времени мы цивилизованные, а на уровне условных рефлексов пусто, потому как нет опыта совместной с нами, взрослыми, работы. Ни радостей от успеха, ни горечи ошибок.

И проистекающего именно из памяти об ошибках понятия «нельзя» тоже нет. Если в детстве не имел перочинного ножа — будешь воспринимать его не как инструмент, а как оружие. Если не бегал с друзьями по стройкам, чердакам, заброшенным домам — не получишь нужного опыта встреч с опасностями. Не взрывал в детстве всё подряд — не будешь иметь страха перед взрывными устройствами. Не лазил по деревьям — не получишь страха высоты.

В итоге, став «взрослым», человек зачастую всё равно эти пробелы наверстывает. Но не когда он более-​менее безопасен для окружающих, и чаще всего отделывается синяками, шрамами, ремнём по заднице, в крайнем случае мелкими ожогами и переломами — а тогда, когда он в состоянии нанести реальный вред и себе, и остальным.

А мы потом удивляемся. Один великовозрастный балбес поперся зимой на трассу без средств для ремонта автомобиля, без теплой одежды, топлива и спичек. Второй идиот делал «селфи» на мотоцикле на полном ходу и влетел в грузовик. Третий дебил полез без страховки на высотное здание и сорвался. Четвертый подонок раздобыл ружьё и тут же побежал опробовать его на живых людях.

Вам не кажется, что первый в детстве никогда не оставался в чистом поле под дождём наедине со сломанным велосипедом в десятке километров от дома? Второй не влетал куда-​нибудь сходу на том же велосипеде, обдирая кожу с локтей и коленок? Третий не падал с дерева вместе с обломившейся веткой? Четвертый не стрелял в друзей из рогатки и не получал в ответ?

Они делают то, от чего мы уберегли их в детстве, не ради них уберегли, а ради себя — «кабы чего не вышло». Фактически играют — но «игры» получаются взрослыми, в соответствии с их календарным возрастом.

Нам так было спокойнее: «тихий мальчик», сидит дома, вне уроков смотрит мультики или играет на компьютере. Слетел с катушек — «ах, мы не виноваты, это в мультиках и играх много насилия!». Ага, и Волк в «Ну, погоди» курит…

Ему то, как раз, наоборот: не хватило реального опыта этого самого насилия. Ни в морду получить, ни решиться самому съездить. Именно тогда, в раннем детстве, когда вес мал, заживает быстро, а любой случившийся рядом взрослый не побоится вмешаться. Мы его оградили тогда — и он сохранил эту потребность до восемнадцатилетия.

Что делать? Ну, механизмы воспитания нормальных мужиков в семье мы в изрядной степени уже разрушили. Нет, не потеряли совсем — но у нас нет агрессивного неприятия «я же мамаш», требующих создать их чадам комфортную среду с мягкими стенами и мебелью без углов. На те же родительские собрания в школу ходят в основном матери — а за мальчиков, как минимум, должны ходить отцы. И не бояться вежливо, но твердо ставить на место дам, требующих особого отношения к их «потомственного талантливым» отпрыскам. Учителя вам будут благодарны.

Нужно находить возможность что-​то делать вместе с ребёнком, пока ребенок совсем мал. Не впихивать в него в четыре года «Ду ю спик инглиш» и «Войну и мир», а просто сколотить сарайчик на даче, покрасить скамейку перед домом или повесить полку в квартире. Заранее смирившись с тем, что сарайчик выйдет кособоким, на скамейка будет покрашена вместе с вашей одеждой, а полка будет висеть криво. И что займёт процесс не полчаса, а полдня.

Цель в другом. Ребёнок включится в реальный процесс полезной деятельности. Под вашим руководством. Он получит опыт работы инструментом, ощутит, как нарушение родительских запретов приводит к «производственным травмам», прочувствовует, насколько вы опытнее. Увидит результат своих трудов.

Это, конечно, слабый противовес современной массовой культуре, регулярно выставляющий родителей врагами детей. Об этом отдельно нужно писать. Но если наш ход будет сделан раньше, на самой границе понимания ребенком себя (в 4 года рвение во вспашке огорода, копании траншей и укладке бетона просто поражает воображение — главное научится помогать, оставляя дитю строго посильный ему объём, и его вообще не остановишь) — то шанс сохранить дружбу в более старшем возрасте, я надеюсь, есть.

А по поводу реакции на «школьные расстрелы». В принципе, можно попробовать ввести ещё одну ступень владения оружием — сначала малокалиберный однозарядный охотничий гладкоствол, через четыре года то же, что и сейчас плюс травматы и нарезная мелкашка, ещё через пять полноценный «нарезняк». Ну, и «курс молодого бойца» — если не в армии и не на военной кафедре института, то отдельно за плату, но чтобы по этому пути шло меньшинство. Прогоняя массово через коммерческие курсы всех, мы денег, конечно, соберём, но контроль не обеспечим, опять профанация получится.

Собственно, с теми же нарко и психодиспансерами то же самое. Мы гоним туда всех — они всем штемпелюют «годен», если они будут внимательно рассматривать каждого — у них остальная работа встанет. Нужно их же силами разработать набор критериев — вот при наличии этого, этого и вот этого (семья, дети, постоянная работа — это я фантазирую, т.к. не психиатр) человек к наркоте и опасным психзаболеваниям однозначно не склонен. А вот если «не холоден и не горяч», и вообще никакой — то поехали делать полное, вдумчивое тестирование. Как-​то так.

Этот подход, кстати, не только к оружию применим — имеет смысл выставлять человеку некий «индекс ответственности» сразу для ряда областей деятельности. Тех же прав на личный автомобиль — сначала легковой с ограничением массы и мощности, потом любой легковой и грузовик, потом автобус и автопоезд.

А вот если это всё начнёт работать и покажет свою пользу — можно попробовать начать смещать нижнюю границу вниз. И внимательно смотреть статистику происшествий. До 16 снизить, я думаю, можно спокойно, а скорее всего и до 14 — нормально. И будет у нас то же самое, что и сейчас — только срывы типа казанского будут происходить раньше и без особых жертв. А в обществе немного поубавится великовозрастных инфантилов.

Комментарий автора: 

Проблема школьных стрелков, замерзающих на трассе юнцов, не делающих попыток спастись, лезущих без страховки на небоскребы, цепляющихся за поезда и т.п., на мой взгляд, не в том, что их недостаточно контролируют — им можно хоть личную няньку до определенного возраста приставить, они начнут чудить сразу по достижении этого возраста. Потому как не получили нужного опыта в детстве.

Мы лишили детей синяков и шишек, порезанных ножом пальцев, шрамов от самодельных петард, заброшенных домов и лазания на деревья. Мы рады, что они уткнулись в игры и видеоролики и вздыхаем: ах, там насилие, нужно удалить.

А у них его в жизни не хватает! Опыта реальных дел, ошибок, конфликтов, травм. И опыта их преодоления, в раннем детстве достигаемого «малой кровью».

Поэтому давать сначала возможность иметь малокалиберное однозарядное ружьё, маломощный мотоцикл (квадрик) и т.п., перед полноценным огнестрелом, полноценным автомобилем — действительно нужно. Но это нужно делать не с 18, а лет с 14.

А просто считая людей сплошняком «взрослыми» с 21, 25, хоть с 40 лет — получим инфантилов этого возраста. И их подобные казанской «игры» будут хоть и реже, но гораздо страшнее.

А чтобы псих и наркодиспансер могли работать точечно — нужно сформулировать критерии отбора тех, кто может считаться более-​менее «благонадёжным» — и пристально осматривать уже группы риска, типа таких вчерашних школьников. Иначе никаких ресурсов не хватит. Источник

Источник

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here