Как вернуть исторические факультеты в университеты — Российская газета

0
24

Интерес к отечественной истории растет, а на истфаки поступают все меньше. В чем парадокс? Об этом мы размышляем с председателем Правления Российского исторического общества, исполнительным директором фонда «История Отечества» Константином Могилевским.

Можно упростить исторический контент, но без подлинного интереса молодежь так и не узнает историю. Фото: photoxpress

Константин Ильич, истфаки не интересны абитуриентам?

Константин Могилевский: Статистика показывает, что у нас потихонечку растет средний балл ЕГЭ по истории. Это плюс. Но также неуклонно снижается доля учеников, сдающих ЕГЭ по истории. И это минус. История — не самый легкий экзамен. Кроме того, не везде сохранились исторические факультеты. В целом ряде регионов, в том числе и в приграничных, подготовка историков в вузах была прекращена. Среди них Амурская, Брянская, Калужская, Сахалинская и Смоленская области. Министерство науки и высшего образования России обратило внимание на эту диспропорцию. Сейчас с участием РИО принимаются решения на 2023-2024 учебный год, и эта ситуация будет исправляться.

Но при желании абитуриент с Сахалина может ведь уехать учиться истории, допустим, во Владивосток, Новосибирск или Москву…

Константин Могилевский: Но он там, скорее всего, и останется. К себе домой не вернется. А нам нужно, чтобы во всех регионах были люди с хорошим историческим образованием, которые смогли бы понять сами и объяснить детям, почему Россия такая, и какие усилия были предприняты многими поколениями наших предков для того, чтобы построить страну.

Но что нам делать с тем, что новое поколение не знает своей истории и не любит, судя по соцопросам, этот предмет?

Константин Могилевский: Ответ на вопрос о том, от чего в первую очередь зависит заинтересованность современного ученика в предмете, причем неважно, в каком именно — будь то история или литература, информатика или математика — лежит в двух плоскостях: форма и содержание. Сегодня популярно мнение о том, что молодое поколение усвоит и воспримет любой материал, стоит лишь современно его "упаковать". Но, на мой взгляд, значение формы сильно преувеличивается. Что ни придумывай, как ни старайся перевести исторический контент в цифру, сделать его проще, чтобы он был более привычен современной молодежи, без привития подлинного интереса к предмету молодые люди как не знали, так и не будут знать историю. Потому что все это лишь инструменты, форматы обучения, а главной фигурой в этом процессе по-прежнему остается школьный учитель. Ведь природа наша такова, что растущему человеку нужен рядом взрослый, который может служить для него примером, может его заинтересовать и увлечь. А дальше абсолютно технический вопрос, как школьник этот интерес будет удовлетворять: читать ли книги, смотреть ли видео, делать онлайн-проекты и тому подобное. Если еще этот взрослый человек может ребенка понять, проявить к нему уважение и заставить себя уважать, успех образования и просвещения обеспечен.

Успех школьного историка не поддается формальной оценке. Он в том, что его ученики вырастают людьми с ясным ощущением Родины

Учителя сейчас в непростой ситуации. Знаю, что в Министерстве просвещения России хорошо понимают это и много делают. Кроме того, Фонд "История Отечества", взаимодействуя с Минпросвещения, заметную часть своей ежегодной субсидии направляет на организацию конкурса учителей "История в школе: традиции и новации". Скоро будет известно, кто победил в этом году. Это 24 человека — по трое от каждого федерального округа. За 6 лет проведения Конкурса у нас уже 144 лауреата. И это сила! Самые яркие учителя истории от Калининграда до Камчатки. Люди, которым интересно работать, которые находят в современном цифровом мире подходы к детям.

В чем вы видите главный результат работы школьного историка?

Константин Могилевский: Он формальному подсчету (например, по количеству поступивших на исторический факультет или победителей в олимпиадах) не поддается. Он в том, что их ученики вырастают людьми с ясным ощущением Родины. Оно возникает, когда есть адекватное представление о родной истории и чувство сопричастности к ней. Человек осознает: то, что происходит сегодня вокруг, это продолжение вековых процессов, которые шли на этой земле, в этом городе, с участием твоих предков. Поэтому, первое, что надо делать, всячески поддерживать хороших школьных учителей истории. Распространять их педагогические практики, самих этих людей благодарить, давая им тем самым очень важный для них импульс для дальнейшей работы.

Чтобы контролировать распределение бюджетных мест на исторические специальности, в РИО создана комиссия по вопросам высшего исторического образования. Есть опасность школьного кадрового голода?

Константин Могилевский: Я алармистские настроения разделять не склонен. Однако проблема исторического образования есть. Историков сегодня готовят по двум трекам. Первый — это так называемая укрупненная группа специальностей и направлений подготовки "История и археология". Люди могут получить образование по направлениям "история", "археология", "архивоведение и документоведение", "антропология и этнология". На них Министерство науки и высшего образования России выделяет каждый год в среднем около 5 тысяч бюджетных мест. А школьных учителей истории готовят в рамках другого направления подготовки, которое называется "Образование и педагогические науки".

Источник

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here