Совет Безопасности ООН и Россия в 2021 году

0
28

Провокации с целью дискредитации России в ООН продолжаются

4 января Совет Безопасности ООН приступил к работе в новом году. Председателем Совета стала Норвегия. В состав СБ вошло пять новых государств: Албания, Бразилия, ОАЭ, Габон и Гана. Таким образом, с учетом прошлогоднего членства в СБ Индии, в 2022 году в рамках Совбеза сложится представительство почти всего состава БРИКС (кроме Южной Африки). И хотя в рамках БРИКС внешняя политика никогда не формулировалась как «единая» (как, например, в рамках Европейского Союза), тем не менее, В данный факт может иметь важное значение.

Программа СБ в январе насыщена: Ближний Восток, Йемен, Колумбия, Западная Африка, миротворческие операции… Особо следует отметить предстоящее заседание по обсуждению расследования Международного уголовного суда ситуации в Судане. Это будет первый отчёт о расследовании, который сделает новый прокурор МУС Карим Хан. Наконец, это будет первый доклад после нового переворота в Судане в октябре 2020 года.

Весь месяц будет обсуждаться ситуация в Сирии, в том числе так называемое сирийское «химическое досье». Именно с этого вопроса начался новый политический год 5 января, но к нему вновь вернутся 24 и 27 января.

Каковы же общие итоги деятельности Совета Безопасности ООН в прошедшем году?

В целом, Совет действовал на основе консенсуса. Практически все резолюции были приняты 15 голосами при отсутствии голосов против. В то же время, имеется один случай непринятия проекта резолюции в связи с применением права вето.

13 декабря 2021 г. во время голосования по «климатическому» проекту, представленному Ирландией и Нигером и получившему поддержку со стороны 113 стран, Россия применила своё право вето. Против проголосовала также Индия. А вот Китай (также обладающий правом вето) лишь воздержался. Однако следует иметь в виду, что не поддержавшие проект члены СБ ООН выразили мнение 80 стран, не входящих в состав Совета Безопасности, но не согласных с положениями проекта. Представление проекта на голосование было провокацией, ибо несогласие и России, и других стран было хорошо известно заранее. Кстати, Россия, Индия и Китай представили альтернативный проект, но западное большинство отказалось его обсуждать.

Главной причиной использования Россией права вето стала необходимость блокирования предоставления миротворческим миссиям ООН новых полномочий, которые были названы «экологическими» и реальная цель которых далеко не очевидна. А главное – необходимость блокирования «захвата» Советом Безопасности новых полномочий, не предусмотренных Уставом ООН и которые маскируются под термином «климатические» аспекты международной безопасности…

Таким образом, в 2021 году право вето было применено в СБ ООН всего один раз. (Для сравнения: в 2020 году вето было применено пять раз: по два раза – Россией и Китаем и один раз – США. В 2019 году вето применялось шесть раз, РФ и КНР – по три раза каждая).

Следует отметить ряд случаев, когда Российская Федерация воздерживалась при голосовании. Прежде всего, это касается деятельности так называемого Международного остаточного механизма по уголовным трибуналам (трибунала по бывшей Югославии и трибунала по Руанде; далее – МОМУТ). Деятельность МОМУТ обсуждалась в 2021 году дважды. В обоих случаях Россия воздержалась при голосовании по резолюциям, которые одобряли деятельность этого трибунала. Воздержание России в отношении этих резолюций – продолжение линии, которую РФ заняла еще в 2019 году. Ранее Россия критиковала МОМУТ, но голосовала «за». Однако вряд ли можно назвать позицию такого воздержания оптимальной, особенно на фоне недвусмысленно сформулированной официальной позиции в отношении МОМУТ как органа, «унаследовавшего наихудшие практики Международного трибунала по бывшей Югославии, последовательно демонстрирующего антисербский уклон» и требующего «скорейшего завершения его деятельности».

Россия остаётся единственным членом Совета, который рассматривает деятельность МОМУТ объективно. Все остальные страны Совбеза, в том числе Китай, отдельные страны БРИКС или наши ситуационные союзники из регулярно сменяющихся непостоянных членов Совета, голосуют за безоговорочную поддержку МОМУТ. В связи с этим стоит обратиться к докладу т.н. неофициальной Рабочей группы СБ ООН по международным трибуналам о её деятельности в 2021 году. Несмотря на резкую критику МОМУТ со стороны России, данный доклад не содержит никакой информации на этот счёт и завершается утверждением о «прекрасных отношениях». Если в 2012-20219 годах, когда данную группу возглавляли страны Латинской Америки, отсутствие критического подхода Группы ещё можно было объяснить традиционным пиететом перед международными судами, то в 2020-2021 годах Группу возглавлял Вьетнам, но это никак не повлияло на объективность оценок Группы.

В целом, Россия воздерживалась при голосовании по девяти проектам резолюций и почти всегда вместе с Китаем (несколько раз к ним присоединялась Индия). Так, Россия была вынуждена воздержаться при голосовании по резолюции СБ ООН № 2616, в которой была предпринята попытка сформулировать единые критерии для оружейных эмбарго, вводимых СБ ООН. Россия (вместе с Китаем и Индией) заявила, что такая попытка малопродуктивна сама по себе, так как подобного рода решения СБ должен принимать с учётом конкретных обстоятельств в каждом конкретном деле.

Воздержалась Россия и при принятии резолюции СБ ООН № 2593 по ситуации в Афганистане. Причиной воздержания стал отказ авторов проекта от упоминания в ней запрещённого в России «Исламского государства Ирака и Леванта»* и запрещённого в России «Исламского движения Восточного Туркестана»*. Этот отказ получил весьма резкую реакцию российского представителя в Совбезе, назвавшего это «стремлением делить террористов на «своих» и «чужих»».

Важным событием в деятельности СБ в 2021 году стала попытка «советизации» Эфиопии, то есть попытка ряда западных стран поставить ситуацию в Федеративной Республике Эфиопия в повестку дня Совета Безопасности ООН. Мы сознательно используем термин «советизация» (в смысле постановки под контроль Совета Безопасности), а не «интернационализация». Ибо нет никаких сомнений в том, что эфиопская война 2021 года имеет международный характер. Проблема в том, что внешними силами, организующими и подпитывающими войну в Эфиопии, являются западные члены самого Совбеза. Здесь Россия играет важную роль в предотвращении использования СБ ООН в качестве «крыши» разрушительной политики Запада в отношении Африки. Именно Африки, а не только Эфиопии, ибо война 2021 года в Эфиопии – это публичное наказание государства, которое показывает модель политики самостоятельного развития для всего континента.

Таким образом, в 2021 году наблюдались три основных процесса. Во-первых, попытки достижения единства членов Совета Безопасности. Тридцать восемь резолюций из сорока семи были приняты единогласно.

Во-вторых, наблюдается процесс грубого продавливания тех или иных резолюций. О характере переговорного процесса свидетельствует, например, заявление постоянного представителя Китая, говорившего о непринятии его делегацией давления в пользу принятия того или иного проекта. Ранее министр иностранных дел РФ говорил о «выкручивании рук».

В-третьих, продолжались провокации с целью дискредитации как России, так и ООН в целом. В своём выступлении 13 декабря делегат Ирландии утверждал, что он «никак не мог помыслить», что на его проект будет наложено вето. Однако на самом деле Россия предупреждала, что не согласится с проектом, в котором не будет учтена ее позиция и одновременно позиция более 80 стран. Вынесение проекта на голосование было провокацией с целью вынудить Россию применить право вето. Не случайно это было сделано через два дня после проведения т.н. Саммита за демократию, который замышлялся как альтернатива ООН.

АЛЕКСАНДР МЕЗЯЕВ

Источник

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here