Батько наш Оруэлл…

0
58

Статья про то, какие государства на самом деле являются наиболее тоталитарными, но для начала небольшое вступление.

Не буду вокруг да около пересказывать то, про что все в курсе. У мирового гегемона проблемы и с экономикой, и с лидерством в технологиях. Но гегемон не привык жить скромно, да и не умеет. У многих появляются вопросы – зачем такой гегемон нужен. Если посмотреть с определенного угла, весь мир должен содержать США, чтоб они не устроили ядерную войну. Они не наиболее мощная экономика, не лидер в технологиях (в каких-​то до сих пор лидеры, но не бесспорные и незаменимые). Они управляют мировой финсистемой, но может у других получится это делать не хуже? И вот чем дальше, тем больше появляется таких вопросов, и скоро их перестанут задавать вслух и громко. Поэтому они непрерывно и очень настойчиво, «добрым словом и пистолетом» убеждают весь мир в том, что они нужны, и без них мир будет хуже.

Один из аргументов – США исповедуют либеральную идеологию и противостоят тоталитарным режимам России и Китая. Этот посыл постоянно присутствует в подконтрольных СМИ. Хотя наиболее часто употребляется характеристика «авторитарный режим», по смыслу именно «тоталитарный лайт», тем более, что смысл обоих слов схож и размыт. .И альтернативный мир будет, соответственно, не под руководством США будет тоталитарным (так как пустующее место займут антагонисты). А пока США рулит, будет свобода, либерализм и демократия более-​менее.

Но попробуем разобраться все-​таки, обосновано ли навешивание подобных ярлыков.

Определение тоталитаризма из Википедии не говорит ничего:

Тоталитари́зм (от лат. totalis «весь, целый, полный» ← totalitas «цельность, полнота) — политический режим, подразумевающий абсолютный (тотальный) контроль государства над всеми аспектами общественной и частной жизни.

Так то любое государство стремится контролировать (регламентировать) максимальное количество аспектов общественной и хозяйственной жизни. Для этих целей написаны куча законов, по теме что можно и что нельзя. Есть как бы и гражданский кодекс, и хозяйственный, и уголовный, налоговый и всякие вариации, в США там вообще куча кодексов, регламентирующих абсолютно все (торговый, транспортный, воздушный и пр). И как бы это нормально (ну раз в Америке так, то конечно ). За нарушение – конечно репрессии (применительно к нормальным то странам принято употреблять другие слова – «ответственность» например). Ну и контроль со стороны государства как бы обязателен – если не контролируется выполнение закона, выполнять его никто не будет.

В общем, чтоб долго не размусоливать тему, предлагаю обратиться к классикам. Самым признанным вроде бы считается Джордж Оруэлл и его антиутопию «1984» называют «азбукой тоталитаризма». Почему-​то везде считается антисоветским произведением, хотя прочитав его, я не увидел каких-​то явных аллюзий на СССР. В произведении описана общественная система, являющаяся конечным этапом развития всех систем, и прямо указано, что данное общественное устройство будет следствием стремления элит к недопущению ошибок прошлого, приведших к потере власти. И это будет законченная тоталитарная система, идеальная с точки зрения элит. Рафинированный тоталитаризм, позволяющий высшей страте общества, имеющей власть, сохранять эту власть всегда. Да, коммунистическая Россия вскользь упоминалась и даже называлась «тоталитарным» режимом, но как один из несовершенных этапов эволюции общественных систем к настоящему тоталитаризму, наряду со всеми остальными. Учитывая то, что сам Оруэлл был социалистом, воевавшим за левых в Испании, возможны варианты, что это упоминание было данью времени написания (1949-​разгар «охоты на ведьм»). Но в любом случае, описанное общественное устройство – истинный тоталитаризм — там показывался как итог развития нескольких разных общественных систем по всему миру, вызванный одной причиной – стремлением элит сохранять власть неограниченное время (что, как мне кажется, вполне себе очень даже свойственно западному миру).

Скажу сразу – я давно не испытываю щенячьего восторга перед книгами даже самых маститых авторов, и как бы хорошо они не были написаны. С чем-​то соглашаешься, с чем-​то нет. В «1984» мне не все было понятно, почему именно так будет в этой системе. Что-​то казалось нелогичным. Но, тем не менее, совпадения с тем, что видишь сейчас, иногда довольно таки поражали. «1984» хороша тем, что этот вот чистый тоталитаризм там описан подробно, детально, стройно, с объяснением причинно-​следственных связей. Как по мне, это основная составляющая романа, художественное наполнение вторично. Поэтому, есть возможность оценить современные режимы (которые нам интересны) с точки зрения соответствия признакам, описанным в «азбуке тоталитаризма».

Не буду приводить внешние атрибуты, это вторично. Описание собственно сути системы тоталитарного общества дано в главах 9 второй части и главах 2,3 третьей части. Ну вот собственно с этим и будем сравнивать современный мир. Часть (незначительную) приводить не буду – то, что так и осталось фантастикой (не прижилось J ). И, сорян, много букв — из некоторых куплетов слов не выкинешь.

Оценивать будем по 10-​бальной шкале Россию, Украину, ЕС, США. Также для интереса введем СССР 70-х – 80-х годов, который помним (хотя я в 70-х был только в проекте, но много информации), а также США этих годов – по моему мнению, это была во многом иная страна и общественная система, причем действительно в каких-​то областях заслуживающая изучения и перенятия опыта. Было бы корректно также взять Китай, но по причине дефицита информации оттуда, не хочется тыкать пальцем в небо.

Заранее хочу отметить важную деталь – оцениваем именно государственную политику, т.е. шаблон общественной системы, который элиты у власти государства применяют для формирования общества. Не оцениваем, насколько он уже дал эффект. Могло быть мало времени, может быть большое сопротивление общества. Но именно смотрим на формат общественного устройства, спускаемый власть имущими сверху.

Итак, дадим слово Оруэллу (с сокращениями) с некоторыми группировками по смыслу:

1. Война как ограничение потребления

…Обдуманная политика: держать даже привилегированные слои на грани лишений, ибо общая скудость повышает значение мелких привилегий и тем увеличивает различия между одной группой и другой. По меркам начала XX века даже член внутренней партии ведет аскетическую и многотрудную жизнь. Однако немногие преимущества, которые ему даны, — большая, хорошо оборудованная квартира, одежда из лучшей ткани, лучшего качества пища, табак и напитки, два или три слуги, персональный автомобиль или вертолет — пропастью отделяют его от члена внешней партии, а тот в свою очередь имеет такие же преимущества перед беднейшей массой, которую мы именуем «пролы». Это социальная атмосфера осажденного города, где разница между богатством и нищетой заключается в обладании куском конины. Одновременно благодаря ощущению войны, а следовательно, опасности, передача всей власти маленькой верхушке представляется естественным, необходимым условием выживания….
Здесь имеем более-менее совпадение по Украине. Хотя в данном случае война выступает не как средство ограничения потребления по Оруэллу, а больше как объяснение снижения потребления (взамен объяснения реальных причин). Низший класс не бунтует, когда живет плохо, но не голодает. Все силы заняты на выживание и обеспечение семьи, ходить на митинги нет возможности, читать альтернативные источники, рассуждать за чашкой кофе некогда. Люди зачастую работают на двух работах (основная для стабильного минимального дохода и в свободное время шабашки, таксования и пр). О политике знают из изредка посмотренных новостей по телевизору, где подача однозначна – во всем виновата страна-агрессор, идет война и не время для рефлексирования.

Средний класс живет лучше низшего, но существенно хуже такового в России и западных странах. Но есть объяснение – война. А человеку в принципе не критически важно жить очень хорошо, более важно – лучше тех, кто вокруг. Живешь лучше, чем основная масса – жизнь удалась в принципе. Тем более, что на Украине в средний класс попасть существенно сложнее, чем в России или на западе.

Высший класс войну использует как обоснование непопулярных экономических мер, устранения конкурентов и узурпации полномочий. Когда враг у ворот, не время для дискуссий. В общем, перманентная война отлично купирует рефлексии по поводу снижения уровня потребления.

Украина получает 8 баллов (все-таки, не совсем по Оруэллу).

ЕС получает 3 балла – они сравнительно недавно ступили на эту дорожку, но уверенно шагают – абсолютно по политическим мотивам устроив взлет цен на энергетику для своих потребителей, и объясняя это ну пусть не войной, но по сути аргументами холодной войны.

СССР получает также 3 балла – присутствовала и психология осажденной крепости и ограниченное потребление. Однако в ограничении потребления никто не обвинял потенциального противника. Позиция была «догоним и перегоним», а не «америкосы съели все сало».

У остальных – 0.

2. Война как ментальное состояние

…Однако так мы создадим только экономическую, а не эмоциональную базу иерархического общества. Дело тут не в моральном состоянии масс — их настроения роли не играют, покуда массы приставлены к работе, — а в моральном состоянии самой партии. От любого, пусть самого незаметного члена партии требуется знание дела, трудолюбие и даже ум в узких пределах, но так же необходимо, чтобы он был невопрошающим невежественным фанатиком и в душе его господствовали страх, ненависть, слепое поклонение и оргастический восторг. Другими словами, его ментальность должна соответствовать состоянию войны. Неважно, идет ли война на самом деле, и, поскольку решительной победы быть не может, неважно, хорошо идут дела на фронте или худо. Нужно одно: находиться в состоянии войны. Осведомительство, которого партия требует от своих членов и которого легче добиться в атмосфере войны, приняло всеобщий характер, но, чем выше люди по положению, тем активнее оно проявляется. Именно во внутренней партии сильнее всего военная истерия и ненависть к врагу. Как администратор, член внутренней партии нередко должен знать, что та или иная военная сводка не соответствует истине, нередко ему известно, что вся война — фальшивка и либо вообще не ведется, либо ведется совсем не с той целью, которую декларируют; но такое знание легко нейтрализуется методом двоемыслия. При всем этом ни в одном члене внутренней партии не пошатнется мистическая вера в то, что война — настоящая, кончится победоносно и Океания станет безраздельной хозяйкой земного шара. Для всех членов внутренней партии эта грядущая победа —догмат веры. Достигнута она будет либо постепенным расширением территории, что обеспечит подавляющее превосходство в силе, либо благодаря какому-то новому, неотразимому оружию…
На Украине что совпадает, кроме собственно военной истерии при несуществующей войне –это то, что люди, приближенные к корыту, проявляют ее в большей степени. Чем выше человек в государственной или социальной иерархии – тем более выражена эта истерия и антироссийская позиция. Не все, конечно, но многие. При этом по возможности имеются запасные аэродромы за границей (так как знают, что перед Россией бессильны), но и также уверены в грядущей победе. Классика двоемыслия. В этом разительное отличие от России – там почему-то чем выше соцстатус, тем больше оппозиционность.

Осведомительство никак не порицается, а даже очень поощряется. С точки зрения украинского государства, правильное поведения от всех членов общества, даже низших слоев — писать доносы на учителей в школе за неправильную трактовку истории или высказанную мысль вразрез официальным догматам, на кассиров в супермаркете за русский язык и пр. Низшим слоям позволено не проявлять военной истерии, при условии, что они будут помалкивать.

В общем, по шкале Оруэлла Украина здесь получает 10+

США получает 7 баллов (и в совеременном виде и в 80-х). Бесконечные Рашагейты, обвинения политиками друг-друга в сговоре с Россией и Китаем, бесконечные выпады в сторону России обусловили нарративный антироссийский и антикитайский шаблон поведения американского политикума. Однако там не требуется выполнять эти нарративы на среднем и низших уровнях, да и фанатичной веры в эти нарративы не требуется. Там все верят только в деньги

ЕС я бы поставил 6 баллов. Антироссийская риторика в духе холодной войны становится нормой в европейских правительствах. Немецкого адмирала ВМС отправили в отставку после высказываний не в духе антироссийской повестки – характерный пример. Функционеры ЕС готовы закрывать глаза на любой геноцид со стороны «своих ребят» и закатывать истерику по поводу только воображаемых действий «русских варваров». Но опять же, это в высших эшелонах, на низовых уровнях такого существенно меньше. Да и меньшая централизация позволяет появляться альтернативным мнениям (как например позиция Орбана в Венгрии).

СССР 5 баллов. В СССР все-таки были и доносы и общественные осуждения коллективов, но это не было связано с какой-то «войной». От членов партии и комсомола было желательно проявлять неистовое возмущение посадкой Анжелы Дэвис или там нападения на Гренаду. Но война и военная истерия не занимали центральное место. Были регулярные заявления про империалистическую агрессию, но как бы были обоснованы – планы ядерного удара по СССР вполне себе существовали. Всепоглащающей военной истерии и культивирования ненависти не было.

Россия – 0 баллов. Говори, что хочешь, неси какой угодно бред. Максимум, что получишь – осуждение окружающих. Государство тебе ничего не сделает, свобода мнений. Санкции лишь за откровенные призывы к экстремизму, терроризму, свержению гос. строя и тому подобное. Да и то, шанс, что дойдет до реального наказания-мизерный. Ну и про какую-то войну, мобилизацию общества перед внешними вызовами никто на государственном уровне не говорит.

3. Война – ограничение контактов

…Перед всеми тремя державами стоит одна и та же проблема. Их устройство, безусловно, требует, чтобы контактов с иностранцами не было — за исключением военнопленных и цветных рабов, да и то в ограниченной степени. С глубочайшим подозрением смотрят даже на официального (в данную минуту) союзника. Если не считать пленных, гражданин Океании никогда не видит граждан Евразии и Остазии, и знать иностранные языки ему запрещено. Если разрешить ему контакт с иностранцами, он обнаружит, что это такие же люди, как он, а рассказы о них — по большей части ложь. Закупоренный мир, где он обитает, раскроется, и страх, ненависть, убежденность в своей правоте, которыми жив его гражданский дух, могут испариться….

…Гражданину Океании не дозволено что-либо знать о догмах двух других учений, но он привык проклинать их как варварское надругательство над моралью и здравым смыслом…
Здесь, я считаю, Украина также заслужила максимальный балл. Под запретом русские сайты, телеканалы, книги, русский язык, посещения артистами и пр. Приняты все меры для ограничения перемещения людей между странами (полностью не заблокировано, но скорее вследствие отсутствия возможности, да и заробитчане какие-то деньги приносят в экономику). Для украинца Россия должна быть жутким нищим мордором, да к тому же и агрессором и крапка.

Также высший балл получает СССР – будем объективны, были и фильтры по информации и ограничения перемещения. Насколько это было обосновано и хорошо ли получалось – другой вопрос.

США и ЕС получают по 6 баллов – антироссийская истерия в СМИ, как следствие отсутствие объективной информации в СМИ, блокирование российских СМИ, как RT DE, тотальная предвзятость по регулированию контента в крупнейших соцсетях. Но отсутствие каких-либо значимых ограничений на перемещения и контакты обычных людей.

США 80-х – 4 балла. Конечно, была и какая-то цензура и ограничения – но сравнительно небольшие. В те времена США могли это себе позволить.

Россия – 2 балла. Только в последнее время выработаны и применены минимальные ограничительные меры по защите информпространства (закон об иноагентах, наложение штрафов на американских IT гигантов в соцсетях). Раньше было – делай что хочешь. По моему мнению, 0- не всегда есть идеал. Иногда немного тоталитаризма и на пользу. Здесь бы может и полезно было бы поднять уровень до 3-4 баллов.

4. Искажение действительности

…В прошлом война, можно сказать, по определению была чем-то, что рано или поздно кончалось — как правило, несомненной победой или поражением. Кроме того, в прошлом война была одним из главных инструментов, не дававших обществу оторваться от физической действительности. Во все времена все правители пытались навязать подданным ложные представления о действительности; но иллюзий, подрывающих военную силу, они позволить себе не могли. Покуда поражение влечет за собой потерю независимости или какой-то другой результат, считающийся нежелательным, поражения надо остерегаться самым серьезным образом…

…дважды два должно быть четыре. Недееспособное государство раньше или позже будет побеждено, а дееспособность не может опираться на иллюзии. Кроме того, чтобы быть дееспособным, необходимо умение учиться на уроках прошлого, а для этого надо более или менее точно знать, что происходило в прошлом. Газеты и книги по истории, конечно, всегда страдали пристрастностью и предвзятостью, но фальсификация в сегодняшних масштабах прежде была бы невозможна. Война всегда была стражем здравого рассудка, и, если говорить о правящих классах, вероятно, главным стражем. Пока войну можно было выиграть или проиграть, никакой правящий класс не имел права вести себя совсем безответственно…

…Но когда война становится буквально бесконечной, она перестает быть опасной. Когда война бесконечна, такого понятия, как военная необходимость, нет. …В Океании все плохо действует, кроме полиции мыслей. Поскольку сверхдержавы непобедимы, каждая представляет собой отдельную вселенную, где можно предаваться почти любому умственному извращению. Действительность оказывает давление только через обиходную жизнь: надо есть и пить, надо иметь кров и одеваться, нельзя глотать ядовитые вещества, выходить через окно на верхнем этаже и так далее. Между жизнью и смертью, между физическим удовольствием и физической болью разница все-таки есть — но и только. Отрезанный от внешнего мира и от прошлого, гражданин Океании, подобно человеку в межзвездном пространстве, не знает, где верх, где низ. Правители такого государства обладают абсолютной властью, какой не было ни у цезарей, ни у фараонов. Они не должны допустить, чтобы их подопечные мерли от голода в чрезмерных количествах, когда это уже представляет известные неудобства, они должны поддерживать военную технику на одном невысоком уровне; но, коль скоро этот минимум выполнен, они могут извращать действительность так, как им заблагорассудится … Ныне, как нетрудно видеть, война — дело чисто внутреннее. В прошлом правители всех стран, хотя и понимали порой общность своих интересов, а потому ограничивали разрушительность войн, воевали все-таки друг с другом, и победитель грабил побежденного. В наши дни они друг с другом не воюют. Войну ведет правящая группа против своих подданных, и цель войны — не избежать захвата своей территории, а сохранить общественный строй. Поэтому само слово «война» вводит в заблуждение. Мы, вероятно, не погрешим против истины, если скажем, что, сделавшись постоянной, война перестала быть войной. То особое давление, которое она оказывала на человечество со времен неолита и до начала XX века, исчезло и сменилось чем-то совсем другим. Если бы три державы не воевали, а согласились вечно жить в мире и каждая оставалась бы неприкосновенной в своих границах, результат был бы тот же самый… Постоянный мир был бы то же самое, что постоянная война. Вот в чем глубинный смысл — хотя большинство членов партии понимают его поверхностно — партийного лозунга ВОИНА — ЭТО МИР …

…«Кто управляет прошлым, тот управляет будущим; кто управляет настоящим, тот управляет прошлым», — послушно произнес Уинстон.

— «Кто управляет настоящим, тот управляет прошлым», — одобрительно кивнув, повторил О’Брайен. — Так вы считаете, Уинстон, что прошлое существует в действительности?

— Вы плохой метафизик, Уинстон. До сих пор вы ни разу не задумывались, что значит «существовать». Сформулирую яснее. Существует ли прошлое конкретно, в пространстве? Есть ли где-нибудь такое место, такой мир физических объектов, где прошлое все еще происходит?

— Нет.

— Тогда где оно существует, если оно существует?

— В документах. Оно записано.

— В документах. И…?

— В уме. В воспоминаниях человека.

— В памяти. Очень хорошо. Мы, партия, контролируем все документы и управляем воспоминаниями. Значит, мы управляем прошлым, верно?

….

Все, что угодно, может быть истиной. Так называемые законы природы — вздор. Закон тяготения — вздор. «Если бы я пожелал, — сказал О’Брайен, — я мог бы взлететь сейчас с пола, как мыльный пузырь». Уинстон обосновал эту мысль: «Если он думает, что взлетает с пола, и я одновременно думаю, что вижу это, значит, так оно и есть…
Для Украины имеем войну, которую ее власти считали удобной в плане того, что ее нельзя проиграть (т.к. есть американская крыша). Война гарантирует сохранение власти правящей элитой (условно – это прозападная партия, мелкие перестановки сути не меняют). И развязывает руки для изменения действительности. И можно не опасаться возмездия при проигрыше. Кто не находится внутри Украины, тот не может оценить всех масштабов изменения действительности. Выкопанное Черное море, древнее государство Украина-Русь – жалкие отголоски. Пытаются поменять все. Нацистские коллаборационисты – герои, Дебальцевский котел – практически победа, Айвазовский – украинский художник и мелких примеров не счесть. Насколько получается – опять же, другой вопрос, но действуют строго по Оруэллу. Хотя появляются же упоротые персонажи, которые на полном серьезе это повторяют, значит и действует в какой-то мере. Опять в лидерах с максимальным баллом.

США – для них иллюзия постоянного мира есть то же самое, что и постоянная война для Украины. Иллюзия невозможности проиграть военным путем (которая возникла после развала СССР) открывает двери для искажения реальности. Действуют тоньше и вдолгую, но и более результативно. Результаты опросов жителей западных стран по поводу того, чей основной вклад в разгроме гитлеровской Германии и кто сбросил атомные бомбы на Японию говорят сами за себя. Бойцы Талибана из борцов за свободу становятся террористами. Мирные протестующие из Аль-Каеды угнетаются кровавым тираном Асадом. Ну и формирование картины современности в СМИ – здесь также не имеют конкурентов. Cancel-культура – создается впечатление, что прямо взята на вооружение после прочтения «1984». Современные США получают 10+ баллов.

США 80-х годов помаленьку баловались, но существенно в меньших размерах. Получают 6 баллов.

ЕС – 7 баллов, потому как выполняются те же действия, что и в США, но менее активно и бывают альтернативные подачи. Последнее время наращивают усилия по повышению оценки.

СССР – 5 баллов. Вполне себе были попытки пересмотреть историю до 1917 года, аутотренинги, что все хорошо, надои растут а запад загнивает. Но в целом текущую реальность старались преподносить и оценивать объективно, черное белым не называть. Опять же, обосновано ли это было, и нужно ли было резко все отпускать до нуля в перестройку-второй вопрос.

Россия – 0. Нет никаких попыток вывернуть мир под себя нужным образом. Наоборот, обходятся все потенциально острые углы, где даже устойчивые вредные заблуждения не спешат опровергать

5. Олигархический коллективизм

Новая аристократия составилась в основном из бюрократов, ученых, инженеров, профсоюзных руководителей, специалистов по обработке общественного мнения, социологов, преподавателей и профессиональных политиков. Этих людей, по происхождению служащих и верхний слой рабочего класса, сформировал и свел вместе выхолощенный мир монополистической промышленности и централизованной власти. По сравнению с аналогичными группами прошлых веков они были менее алчны, менее склонны к роскоши, зато сильнее жаждали чистой власти, а самое главное, отчетливее сознавали, что они делают, и настойчивее стремились сокрушить оппозицию. Это последнее отличие оказалось решающим. Когда изобрели печать, стало легче управлять общественным мнением; радио и кино позволили шагнуть в этом направлении еще дальше. А с развитием телевизионной техники, когда стало возможно вести прием и передачу одним аппаратом, частной жизни пришел конец. Каждого гражданина, по крайней мере каждого, кто по своей значительности заслуживает слежки, можно круглые сутки держать под полицейским наблюдением и круглые сутки питать официальной пропагандой, перекрыв все остальные каналы связи. Впервые появилась возможность добиться не только полного подчинения воле государства, но и полного единства мнений по всем вопросам…

… внутренняя партия; численность ее ограничена шестью миллионами — это чуть меньше двух процентов населения Океании. Под внутренней партией — внешняя партия; если внутреннюю уподобить мозгу государства, то внешнюю можно назвать руками. Ниже — бессловесная масса, которую мы привычно именуем «пролами»; они составляют, по-видимому, восемьдесят пять процентов населения. По нашей прежней классификация пролы — низшие..

В принципе, принадлежность к одной из этих трех групп не является наследственной. Ребенок членов внутренней партии не принадлежит к ней по праву рождения. И в ту и в другую часть партии принимают после экзамена в возрасте шестнадцати лет. В партии нет предпочтений ни по расовом, ни по географическому признаку. В самых верхних эшелонах можно встретить и еврея, и негра, и латиноамериканца, и чистокровного индейца; администраторов каждой области набирают из этой же области…

…Правители соединены не кровными узами, а приверженностью к доктрине. Конечно, общество расслоено, причем весьма четко, и на первый взгляд расслоение имеет наследственный характер. Движения вверх и вниз по социальной лестнице гораздо меньше, чем было при капитализме и даже в доиндустриальную эпоху. Между двумя частями партии определенный обмен происходит — но лишь в той мере, в какой необходимо избавиться от слабых во внутренней партии и обезопасить честолюбивых членов внешней, дав им возможность повышения. Пролетариям дорога в партию практически закрыта…

Суть олигархического правления не в наследной передаче от отца к сыну, а в стойкости определенного мировоззрения и образа жизни, диктуемых мертвыми живым. Правящая группа — до тех пор правящая группа, пока она в состоянии назначать наследников. Партия озабочена не тем, чтобы увековечить свою кровь, а тем, чтобы увековечить себя. Кто облечен властью — не важно, лишь бы иерархический строй сохранялся неизменным…

Все верования, обычаи, вкусы, чувства, взгляды, свойственные нашему времени, на самом деле служат тому, чтобы поддержать таинственный ореол вокруг партии и скрыть подлинную природу нынешнего общества. Ни физический бунт, ни даже первые шаги к бунту сейчас невозможны. Пролетариев бояться нечего. Предоставленные самим себе, они из поколения в поколение, из века в век будут все так же работать, плодиться и умирать, не только не покушаясь на бунт, но даже не представляя себе, что жизнь может быть другой…
В принципе, по большому счету каких-то точных и поражающих совпадений по этому блоку я особо не вижу в современности ни у кого (при том, что по некоторым пропущенным кускам вообще не похоже на современность). Но, все-таки вижу в США движение по этому пути. Стратифицированное общество, где верхушку составляет элита, имеющая всю полноту власти, «внешняя партия» — прикормленное университетское сообщество, селебритиз, социологи-технократы – порождающие нужные теории, нужное общественное мнение, изменение морали, актуальную повестку (ну хотя бы вспомнить удивительное единодушие по меньшинствам, BLM и тд) и низшее большинство – обычные люди, общаясь с которыми, наши удивляются – простые американцы ведь часто нормальные ребята, им пофиг на политику и Украину или Прибалтику в жизни не найдут на карте. Переход из одной страты в другую крайне затруднен, хоть и не исключен. В высшей страте нахождение ограничено принадлежностью к какой-либо семье со связями, наличием крупного капитала, собственно признанием высшей группы, в средней группе также своя тусовка, инакомыслящим и чужим вход закрыт. США получает 6 баллов.

СССР также получает 6 баллов (хотя и формально). Все-таки было четкое не завуалированное деление – политбюро, партия, прочие. Но переход между группами существенно легче.

ЕС получает 4 балла, так как во всем косплеит США, но чуть хуже. Да и высшую страту тут скорее назначает США, чем она сама решает.

Все остальные по 3 балла – в какой-то мере что-то из описанного присутствует везде.

6. Двоемыслие

Двоемыслие означает способность одновременно держаться двух противоположных убеждений. Партийный интеллигент знает, в какую сторону менять свои воспоминания; следовательно, сознает, что мошенничает с действительностью; однако при помощи двоемыслия он уверяет себя, что действительность осталась неприкосновенна. Этот процесс должен быть сознательным, иначе его не осуществишь аккуратно, но должен быть и бессознательным, иначе возникнет ощущение лжи, а значит, и вины. Двоемыслие — душа ангсоца, поскольку партия пользуется намеренным обманом, твердо держа курс к своей цели, а это требует полной честности. Говорить заведомую ложь и одновременно в нее верить, забыть любой факт, ставший неудобным, и извлечь его из забвения, едва он опять понадобился, отрицать существование объективной действительности и учитывать действительность, которую отрицаешь, — все это абсолютно необходимо. Даже пользуясь словом «двоемыслие», необходимо прибегать к двоемыслию. Ибо, пользуясь этим словом, ты признаешь, что мошенничаешь с действительностью; еще один акт двоемыслия — и ты стер это в памяти; и так до бесконечности, причем ложь все время на шаг впереди истины. В конечном счете именно благодаря двоемыслию партии удалось (и кто знает, еще тысячи лет может удаваться) остановить ход истории.

Все прошлые олигархии лишались власти либо из-за окостенения, либо из-за дряблости. Либо они становились тупыми и самонадеянными, переставали приспосабливаться к новым обстоятельствам и рушились, либо становились либеральными и трусливыми, шли на уступки, когда надо было применить силу, — и опять-таки рушились. Иначе говоря, губила их сознательность или, наоборот, атрофия сознания. Успехи партии зиждятся на том, что она создала систему мышления, где оба состояния существуют одновременно. И ни на какой другой интеллектуальной основе ее владычество нерушимым быть не могло. Тому, кто правит и намерен править дальше, необходимо умение искажать чувство реальности. Ибо секрет владычества в том, чтобы вера в свою непогрешимость сочеталась с умением учиться на прошлых ошибках.

Здесь можно коротко – США и Украина (как уродливый эксперимент США) – 10 баллов. Примеров не счесть. Приведу по одному (и так много букв). США требуют обеспечения честности и прозрачности выборов в любой стране мира. США не считает необходимым допускать наблюдателей на свои выборы и не считает допустимой любую критику своей выборной системой, хотя регулярно президентом становится кандидат, набравший меньшее количество голосов. Все абсолютно искренне. Украинский патриот ходит в вышиванке, требует от окружающих использовать исключительно мову, набивает партаки с трезубцами, но при первой же возможности переезжает на ПМЖ в западную страну, где на мове вообще никто не говорит.

Так вообще, двоемыслие – оно в малой степени на бытовом уровне применяется всеми. Ну, грубо – когда машина в ремонте и хожу пешком – все водители маньяки, когда езжу за рулем – все пешеходы дебилы. Но в США и Украине – это часть официальной государственной идеологии.

ЕС, как плохой косплейер США получает 8 баллов (Россия использует газ как оружие и нужно снизить зависимость от России – как может Россия не увеличить поставки газа, когда на м надо?)

США 80-х – 6 баллов (какие-то меры приличия соблюдались)

СССР-3 балла (ну например, СССР – лучшая страна и все делается для граждан, но почему-то лучшие гостиницы были «Интурист»)

Россия – 1 балл. Государственную политику, заявления, оценки может кто-то даже счесть слишком прямолинейной. Все обещания выполняются, договоренности соблюдаются, требования предельно ясны. Может как-то что-то и бывает на полубытовом уровне, поэтому на всякий случай 1 балл

7. Власть над людьми

— Уинстон, как человек утверждает свою власть над другими?

Уинстон подумал.

— Заставляя его страдать, — сказал он.

— Совершенно верно. Заставляя его страдать. Послушания недостаточно. Если человек не страдает, как вы можете быть уверены, что он исполняет вашу волю, а не свою собственную? Власть состоит в том, чтобы причинять боль и унижать. В том, чтобы разорвать сознание людей на куски и составить снова в таком виде, в каком вам угодно. Теперь вам понятно, какой мир мы создаем? Он будет полной противоположностью 5 тем глупым гедонистическим утопиям, которыми тешились прежние реформаторы. Мир страха, предательства и мучений, мир топчущих и растоптанных, мир, который, совершенствуясь, будет становиться не менее, а более безжалостным; прогресс в нашем мире будет направлен к росту страданий. Прежние цивилизации утверждали, что они основаны на любви и справедливости. Наша основана на ненависти. В нашем мире не будет иных чувств, кроме страха, гнева, торжества и самоуничижения. Все остальные мы истребим. Все. Мы искореняем прежние способы мышления — пережитки дореволюционных времен. Мы разорвали связи между родителем и ребенком, между мужчиной и женщиной, между одним человеком и другим. Никто уже не доверяет ни жене, ни ребенку, ни другу. А скоро и жен и друзей не будет. Новорожденных мы заберем у матери, как забираем яйца из-под несушки. Половое влечение вытравим. Размножение станет ежегодной формальностью, как возобновление продовольственной карточки. Оргазм мы сведем на нет. Наши неврологи уже ищут средства. Не будет иной верности, кроме партийной верности. Не будет иной любви, кроме любви к Старшему Брату. Не будет иного смеха, кроме победного смеха над поверженным врагом. Не будет искусства, литературы, науки. Когда мы станем всесильными, мы обойдемся без науки. Не будет различия между уродливым и прекрасным. Исчезнет любознательность, жизнь не будет искать себе применения. С разнообразием удовольствий мы покончим. Но всегда — запомните, Уинстон, — всегда будет опьянение властью, и чем дальше, тем сильнее, тем острее. Всегда, каждый миг, будет пронзительная радость победы, наслаждение оттого, что наступил на беспомощного врага. Если вам нужен образ будущего, вообразите сапог, топчущий лицо человека — вечно.

Он умолк, словно ожидая, что ответит Уинстон. Уинстону опять захотелось зарыться в койку. Он ничего не мог сказать. Сердце у него стыло. О’Брайен продолжал:

— И помните, что это — навечно. Лицо для растаптывания всегда найдется. Всегда найдется еретик, враг общества, для того чтобы его снова и снова побеждали и унижали… Вижу, вам становится понятно, какой это будет мир. Но в конце концов вы не просто поймете. Вы примете его, будете его приветствовать, станете его частью…
Эту часть я не до конца понимаю. Ее логику. Почему так. Может я не так умен, или не пережил того, что испытал в жизни автор. Но когда я читаю выделенное, мне становится страшно.

Я не раз задумывался, зачем в западном мире происходят эти безумные вещи – разрушение понятий семьи, мужчины и женщины, выдумывания 80 полов, внушение детям о нормальности и даже модности смены пола и доступности этого с младшей школы, не считаясь с мнением родителей. Тотальное разрушение базовых традиционных ценностей. Какой профит от этих усилий? Какая цель? Разумного ответа я не находил. А здесь я читаю это прямым текстом и дан неочевидный ответ – для построения абсолютной власти элит над людьми. И вдобавок к этому потом будет все остальное написанное. Я все равно не понимаю логику, но совпадение ужасное.

А так как мы оцениваем совпадения, то США и ЕС получают 10 баллов. Украина – 5 баллов, потому что это медленно, но целенаправленно внедряется в государственную модель построения общества, пусть и отклик очень мал пока в обществе.

США 80-х – 2 балла. Не было такого явно от государства. Хотя какие-то первые звоночки были.

СССР и Россия – 0 баллов.

И даже больше, Россия и Китай – единственные влиятельные страны, которые этому сопротивляются.

Итак, вроде бы все. Время подбить итоги.

Как видим, перемогу одержала Украина. Из 70 возможных баллов взяла 56. Получается, что до концентрированного цельного тоталитаризма на уровне антиутопии остались последние шаги, устранить недоработки, так сказать. С небольшим отрывом идут современные США и ЕС. Причем по тоталитаризму выполнено существенно больше половины показателей. Хочется отметить успехи США по построению тоталитаризма – со сравнительно низкого уровня в 80-е годы, теперь на 5/7 имеем чистый, рафинированный тоталитаризм. А СССР вроде как и не настолько тоталитарный был, как его до сих пор малюют.

Что же касается России.

Приведу опять цитату, которая является продолжением последнего блока:

…Вижу, вам становится понятно, какой это будет мир. Но в конце концов вы не просто поймете. Вы примете его, будете его приветствовать, станете его частью.

Уинстон немного опомнился и без убежденности возразил:

— Вам не удастся.

— Что вы хотите сказать?

— Вы не сможете создать такой мир, какой описали. Это мечтание. Это невозможно.

— Почему?

— Невозможно построить цивилизацию на страхе, ненависти и жестокости. Она не устоит.

— Почему?

— Она нежизнеспособна. Она рассыплется. Она кончит самоубийством.

— Чепуха. Вы внушили себе, что ненависть изнурительнее любви. Да почему же? А если и так — какая разница? Положим, мы решили, что будем быстрее изнашиваться. Положим, увеличили темп человеческой жизни так, что к тридцати годам наступает маразм. И что же от этого изменится? Неужели вам непонятно, что смерть индивида — это не смерть? Партия бессмертна.

Как всегда, его голос поверг Уинстона в состояние беспомощности. Кроме того, Уинстон боялся, что, если продолжать спор, О’Брайен снова возьмется за рычаг. Но смолчать он не мог. Бессильно, не находя доводов — единственным подкреплением был немой ужас, который вызывали у него речи О’Брайена, — он возобновил атаку:

— Не знаю… все равно. Вас ждет крах. Что-то вас победит. Жизнь победит.

— Жизнью мы управляем, Уинстон, на всех уровнях. Вы воображаете, будто существует нечто, называющееся человеческой натурой, и она возмутится тем, что мы творим, — восстанет. Но человеческую натуру создаем мы. Люди бесконечно податливы. А может быть, вы вернулись к своей прежней идее, что восстанут и свергнут нас пролетарии или рабы? Выбросьте это из головы. Они беспомощны, как скот. Человечество — это партия. Остальные — вне — ничего не значат.

— Все равно. В конце концов они вас победят. Рано или поздно поймут, кто вы есть, и разорвут вас в клочья.

— Вы уже видите какие-нибудь признаки? Или какое-нибудь основание для такого прогноза?

— Нет. Я просто верю. Я знаю, что вас ждет крах. Есть что-то во вселенной, не знаю… какой-то дух, какой-то принцип, и вам его не одолеть
Человека, сказавшего эти слова, потом сломали. Но это не важно. Человека можно сломать, он всего-лишь человек. Но сказанные слова были тем, что видел еще несломленный человек. И так должно быть. И так будет, иначе зачем такой мир. Источник

Источник

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here