Памяти бригады проходчиков Владимира Кожемякина — Российская газета

0
31

Зима 1997 года. Редактору сообщили, что до сбойки 15-километрового Северомуйского тоннеля осталось всего ничего. Лечу в Северомуйск. На улице минус 40. Батареи в гостинице чуть теплятся. Горячий чай остывает, пока поднесешь чашку ко рту. Звоню в котельную. «Экономим топливо, — поясняет дежурный. Осталась всего тонна угля, когда еще подвезут, неизвестно».

Северомуйский тоннель и его герои — знаменитые и безымянные.

Я помнила Северомуйск другим — наполненным солнцем и молодой энергией. У маркшейдеров Сергея и Альбины Чуглиных родились здесь пятеро (!) близнецов. В прошлый приезд я была у них в гостях. Смеясь, рассказывали мне, как железнодорожники подарили им… корову. А что с ней делать в бараке?

Чуглины со своими малышами давно уехали в Кузбасс, там им обещали просторный коттедж. Снялись с места четыре тоннельных отряда. Потускнели витрины магазинчиков — да и что им светиться, когда полки полупусты. Строители по полгода не получали зарплату и в январе 1995-го объявили голодовку…

Никто их SOS не услышал. И тогда главный инженер АО «БАМтоннельстрой» Сергей Королько подписал приказ: из-за отсутствия финансирования продолжать работы невозможно, поэтому надо готовить машины и оборудование к демонтажу и выводу на поверхность. То есть свернуть строительство ключевого бамовского тоннеля — вероятнее всего навсегда…

Разбираться приехала правительственная комиссия по главе с вице-премьером Олегом Лобовым. Тот заявил: денег нет и не ждите! Так строители оказались в двойной ловушке. Одну им устроила природа, тоннельщики попали в очередную зону тектонического разлома. Другую — родное государство, оставив без денег и техники один на один со стихией в недостроенном тоннеле-гиганте.


Северомуйский тоннель и его герои — знаменитые и безымянные. Фото: ТАСС

Теперь, когда до сбойки осталось совсем немного, проходчики опять попали в опасную зону тектонического разлома — уже четвертого на их пути. Природа здесь «испекла» слоеный пирог из скальных обломков, перемешанных с песком и глиной, подземных рек и горячих источников.

Приходилось бурить скважины, закачивать в них сверхпрочный бетон с жидким стеклом и химическими добавками. В результате получался монолит, в котором и вели проходку.

Каждый шаг давался с трудом, поэтому счет шел не на метры — на сантиметры.

И снова велись разговоры: а может, бросить этот чертов тоннель, который уже отнял столько сил и средств? Но, по расчетам специалистов, его консервация обошлась бы дороже, чем завершение строительства.

Мы говорили об этом с заместителем генерального директора «БАМтоннельстроя» Олегом Фердманом.

— Бросить его было бы преступлением! — сказал он.

Об этом мы с коллегой написали в газету.

И еще три года прошло.

Сбойка на Северомуйском тоннеле состоялась 30 марта 2001 года. На моих глазах бригады проходчиков Виктора Гаценко и Владимира Казеева, шедшие с запада и востока, разрушили разделявшую их последнюю перемычку. И я увидела в их глазах не ликование, а безмерную усталость.

Расскажите это тем, кто по сей день сокрушается: как долго строился этот тоннель и как дорого обошелся!

Источник

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here