Как советская и британская разведки сотрудничали в годы Великой Отечественной — Российская газета

0
39

Ну какая могла быть дружба с Британией до войны. Но грянуло 22 июня, и премьер Черчилль, чья страна уже воевала с Гитлером, в этот же день заявил о поддержке СССР в борьбе с фашизмом. 12 июля последовало Московское соглашение о взаимной помощи и совместных действиях против Гитлера. Именно о совместных, что означало и взаимодействие самых чувствительных и тонких механизмов — разведок двух стран.

Картинка с выставки: теперь нам открыты новые страницы истории. Фото: Александр Корольков

Были вместе

Встреча между двумя спецслужбами состоялась в Москве в августе 1941 года. Отдадим должное британцам. Сам их приезд в столицу в этом тяжелейшем месяце первого года войны уже свидетельствовал о твердом намерении начать совместную работу. С нашей стороны переговоры вел генерал НКВД Василий Михайлович Зарубин. Английская делегация была представлена SOE — организацией по проведению специальных операций. Название — невнятно: британцы пытались сохранить ее деятельность в полной тайне даже от других подразделений собственной разведки, что, в принципе, удалось. Так, SOE великолепно провела длительную кампанию по дезинформации немцев о точной дате и месте высадки союзных войск в Нормандии 6 июня 1944 года — открытии второго фронта. Правда, об участии советских коллег в этой масштабнейшей операции по высадке самого большого в истории Второй мировой морского десанта английская разведка теперь предпочитает не упоминать.

Но летом 1941-го у двух стран был общий враг. В Москве хорошо знали одного из руководителей делегации — Джорджа Хилла. В годы Гражданской войны он нещадно шпионил в Стране Советов и даже был вынужден бежать, чтобы не попасть за решетку. Тем не менее в годы войны в Москве его, официально возглавившего представительство британской разведки, приняли как старого знакомого.

Переговоры велись в режиме строжайшей секретности. Об этом свидетельствует и отрывок из рассекреченного документа: "Запись того, с чем согласились в своих беседах по вопросу о подрывной работе против Германии и ее союзников". А согласились с тем, что британцы взялись забрасывать со своей территории на оккупированные Третьим рейхом страны советских разведчиков-нелегалов.

Это были чехи, немцы, австрийцы, голландцы, поляки… Кадры черпались из Коминтерна. Для обучения будущих разведчиков были открыты школы в Москве, Уфе и Куйбышеве.

В одной из них радиодело преподавал лучший радист внешней разведки Вильям Фишер, которому после войны было суждено прославиться под именем полковника Рудольфа Абеля.

Ученики Рудольфа Абеля

Эвелина Вильямовна, дочь Фишера-Абеля, рассказывала мне, что случайно познакомилась во время войны с двумя светловолосыми братьями-австрийцами, которых обучал премудростям разведки ее отец. Увы, судьба их сложилась трагично. Оба погибли при выполнении задания.

А буквально на днях в Российском историческом обществе открылась выставка, посвященная советско-британской операции "Ледоруб". Открыл экспозицию директор Службы внешней разведки, глава РИО Сергей Нарышкин. Страницы деятельности службы приоткрываются. Как же сложно, а часто и трагично складывались судьбы приблизительно трех десятков нелегалов, заброшенных с территории Британии в фашистское логово. Несколько человек погибли при выброске. Бывало, парашютисты приземлялись на чужую землю и, будь то в Австрии или в Германии, попадали в плен. Некоторые были пойманы, выданы предателями и приняли мученическую смерть. После ареста их помещали в концлагеря типа Маутхаузена, но кое-кто все равно выжил. Были и такие, кто передавал ценнейшие сведения до конца войны.

Но при чем здесь англичане? В 1941-1942 гг. советским самолетам трудно было долететь до оккупированных стран. Конечно, из Британии наших нелегалов забрасывать легче. Раз — и уже, к примеру, во Франции. Из Москвы разведчиков, подчас долгими кружными путями, даже через Архангельск, доставляли на Альбион. Там англичане оборудовали незаметный аэродром, который немцы так и не обнаружили. Перед отправкой оттачивали мастерство, особенно навыки парашютных прыжков, на разведывательных базах в Шотландии и Англии. Бесспорно, такая практика у опытных британских инструкторов шла на пользу.

Еще одна особенность "Ледоруба": в операции участвовали "двойные нелегалы". И в Москве-то большинство из них жили не под своими фамилиями. А перед отъездом в Англию им давали другие имена. Потом присваивались и оперативные псевдонимы. Возможно, и поэтому так трудно спустя 80 лет точно отследить судьбы этих 30 нелегалов из "Ледоруба". Первооткрывателем был, как заметил на презентации выставки директор СВР Сергей Нарышкин, тележурналист Сергей Брилев.

Пастор пошел в разведку

А сейчас коротко представим одного из тридцати — Вильяма Крюйта, который считается прообразом пастора Шлага из "Семнадцати мгновений весны" первооткрывателя разведывательного жанра Юлиана Семенова. Вот кто, думаю, знал о Крюйте еще в давние времена. Поэтому Шлаг в исполнении великолепного Ростислава Плятта внешне довольно похож на свой прообраз. Немец, как и актер, высок — рост Крюйта приблизительно метр девяносто. В фильме пастор дружелюбен, искренне верит в торжество справедливости и волею разведки и с собственного согласия попадает во вражеское логово. Но на этом сходство заканчивается. Вильям Крюйт не немец, а голландец. Киноперсонаж идет на лыжах через Альпы в Швейцарию, тогда как настоящий Крюйт забрасывается на парашюте из Великобритании в Бельгию. Шлаг — пацифист, а наш герой и пастор, и настоящий коммунист.

Судьба Крюйта — это роман с разнообразнейшими сюжетными линиями. Ради помощи ближним своим становится пастором. Но быстро понимает, что и христианство не может спасти мир, его страну от бед, несправедливости. Тогда Крюйт, оставаясь священнослужителем, обращает взор сначала к социализму, потом и к коммунизму. В 1919 г. вступает в голландскую компартию. Избирается депутатом парламента. Отправляется в Москву на Конгресс Коминтерна. В 1935-м пастора арестовало гестапо, но никаких улик против него на первый раз найдено не было. Дальше спасение в побеге и только в СССР. В Москве Крюйт был точно своим среди совсем ему не чужих. Прибавление к имени Вильям отчества Германович не смущало.

Началась война, и 63-летний пастор 1877 г.р., или разведчик, тут уж как вам будет удобнее, отправлен в Куйбышев в спецшколу. По некоторым данным, курс наук прошел здесь и его сын Нико (Николаус). В рамках операции "Ледоруб" их доставили в Великобританию. Пройдя обучение и в английской разведшколе, в ночь с 23 на 24 июня 1942 г. оба поднялись в воздух и благополучно парашютировались в Бельгии. Теперь Крюйт, вероятно, попал бы в Книгу рекордов Гиннесса. Не исключено, что он самый возрастной парашютист, совершивший прыжок в Великую Отечественную. Во-вторых, сделал это с сыном.

Явка в Брюсселе казалась надежной. Хозяйка квартиры Мари Пьер ненавидела немцев, убивших ее сына в 1940-м, и, как и было договорено, приняла постояльца. Крюйт не мог знать, что Мари связалась с молодым парнем. Подонок откровенно симпатизировал фашистам и выдал им пожилого постояльца. При ночном аресте Крюйт успел лишь раскусить ампулу с ядом. Как и всем участникам "Ледоруба", ему был отдан приказ не сдаваться живым. Но немцы сумели откачать умирающего. Лучше бы он погиб. Его пытали изощренно, но он молчал. Отправили в Германию, где в известной гестаповскими зверствами тюрьме Моабит так и не сказавшему ни слова узнику отрубили голову в июле 1943-го. А сын его, Нико, сделал для победы немало полезного, дожил до конца войны.

В жизни и в кино

Источник

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here